Н.А.Морозов / «Христос». (11) «Логика небес и сенсационные находки европейских авантюристов ХIХ века» / Часть II


Глава XIII.
Поразительная месопотамская клинописная находка патера Штрассмайера: не иначе, как дневник дедушки астрономов Гиппарха в клинописном переводе.

 

Перебросимся теперь из Египта в Месопотамию, от иероглифов к клинописям.

Нам говорят, что клинопись прекратила свое существование одновременно с иероглифами... А в шестом томе мы показали астрономическими методами, что иероглифы существовали и в средние века в Египте. Не будет ли того же и с клинописью? Вот мы сейчас увидим поразительную находку патера Штрассмайера, которая апокалиптически начинается словами "Откровение во имя Господа и владычицы моей". Но ведь это типическое христианское начало средневекового периода.

Нет ни малейшего затруднения признать, что христианство могло существовать даже и при господстве Корана, в доказательство чего мы можем привести существование парсов-огнепоклонников в Закавказье вплоть до того времени, когда пришедшие туда русские иноверцы завладели их "вечными огнями" около Баку и, кощунственно построив над ними вышки, стали добывать из них нефть и керосин для смазки своих машин и освещения своих домов и улиц.

Вот почему и здесь, при нашем основном установлении хронологических вех, нам надо руководиться не одним методом глубокой веры в непогрешимость наших предшественников, будто бы знавших прошлое лучше, чем мы жители XX века, в распоряжении которых находится неизмеримо больший запас познаний, добытых как нами самими, так и всеми предшествовавшими нам поколениями. Нам надо приложить наши астрономические методы к установлению времени и клинописей, находимых в Месопотамии на глиняных плитках и, прежде всего нам надо заново исследовать те две поразительные астрономические эфемериды, которые, по словам командированного в Месопотамию иезуита монаха патера Штрассмайера, он нашел при раскопке "развалин древней обсерватории" близ Абу-Кабба, к юго-западу от Моссула на берегу Ефрата, в половине ХIХ века. Они хранятся теперь в Британском Музее1 и разработаны папским астрономом патером Эппингом, при содействии самого Штрассмайера в их книжке "Астрономическое из Вавилона",2 изданной впервые в 1875 году.


1 Клинописи № 25 Британского музея, длиною 4 3/4 и шириною 3 7/8 дюйма и № 26 длиною 5 1/2 и шириною 5 3/8 дюйма, описаны в Guid to the Nimroud central saloon, p. 70.
А приведенный здесь текст и рисунки взяты мною из «Himmen aus Maria=Zaach. Katholische Blдtter. XI. Ergдnzungsband. 1889. Astronomisches aus Babylon oder das Wissen der Chaldдer ыber den gestirten Himmel. Unter Mitwirkung von P.Y.N. Strassmaier S.J. von J. Epping S.J. Freiburg. 1889».
Хранится в Государственной Публичной Библиотеке под шифром 6:23/3:19.
2 Epping: Astronomisches aus Babylon. 1875.

На краю одной из этих таблеток трижды написано клинописью: <......................>189(кан), т. е. "вычисления на 189 год". А внизу еще раз: "Вычисления на 125 год равный 189 году (от воцарения) Аршаха-Цезаря.

На краю другой из этих таблеток, найденной вместе с первою и носящей тот же характер клинописи, написано трижды: <.........…> 201(кан), т. е. "на 201 год". И еще раз, более подробно, как на первой таблетке: "Вычисления на 201 год (от воцарения) Арашка-Цезаря".

Кроме того, повыше написано еще: "Вычисление на 137 год, который равен 200 году Аршака-Цезаря".

Здесь 200 год написан вместо 201, что я объясняю не опиской, как Эппинг, а тем, что вычисления на 201 год делались еще в 200 году эры Аршака-Цезаря.

Таким образом мы имеем в высшей степени замечательный документ: настоящие астрономические эфемериды, дающие предвычисленные положения солнца, луны и пяти планет среди двенадцати созвездий Зодиака, тех же самых, что и у нас теперь. Но ведь это уже период вычислительной астрономии! И если обе пластинки не подлог, то они могли быть составлены лишь после того, как Тихо Браге выпустил в 1597 году свою замечательную книгу "Astronomiae Ynstauratae Mechanica", (Механика воздвигнутой астрономии), положившую первое начало приближенному вычислению астрономических эфемерид, какое мы видам на обоих таблеттах. А точные вычисления начались и еще позднее, лишь после выхода книги Кеплера "Мировая гармония" в 1613 году.

Здесь (в случае подлинности таблетт) может подниматься только вопрос о том, сам ли неизвестный месопотамский астролог, получивший образование не иначе, как в одном из европейских университетов XVII века вычерчивал свои расчеты на глиняных пластинках, из которых случайно сохранились только две, или он просто перевел на ученый жаргон своего времени и места эфемериды какой-нибудь из современных ему европейских королевских обсерваторий.

Кроме того, кажется странной и датировка пластинок не просто, как делают все, один раз, а троекратно и даже по двум эрам. Если автор писал для себя, а не в расчете на то, что через две тысячи лет после него их найдет Штрассмайер, то зачем было повторять, что 137 год его счета равен 200 году царя Аршака? Какому автору пришло бы в голову принимать такие экстренные меры, уместные лишь в том случае, если он заранее предвидел гибель месопотамской культуры, и приход на ее развалины искателя ее следов, чужеземца?

И почему их уцелело только две — одна через 12 лет после другой, как раз на возвращение Юпитера к почти тем же самым положениям, а исчезли без следа все промежуточные, а может быть и предшествовавшие и последующие, если "обсерватория" Штрассмайера работала более 12 лет? Но оставим пока в стороне эти наши законные недоумения, и даже не будем пока решать, кто такой был этот царь Аршак и когда он жил?

Библист Штрассмайер уже заранее внушил астроному Эппингу, что документы эти должны быть написаны до начала нашей эры.3 Эппинг в продолжении более, чем десятилетней разработки их, определил каждую планету по характеру ее движения, и каждый знак Зодиака, несмотря на то, что они были тут написаны особыми клинописными условными значками, аналогично тому, как они пишутся в современных астрономических эфемеридах. Затем, исходя из внушенного ему заранее мнения, что обе клинописи принадлежат глубокой древности, он не расчислял их на годы после начала нашей эры, а только вспять от нее. Вышло, что движения и положения планет на первой таблетке могут соответствовать, хотя и с серьезными отдельными уклонениями -122 году нашей эры, а движения и положения планет на второй таблетке, допуская такие же существенные неточности, могут быть отнесены к -110, т. е. тоже ко II веку до начала нашей эры.


3 Отмечу, что Штрассмайер шел тут по следам Бругша. Бругш вывез свои "дощечки" из Египта в 1854—1856 годах, а Штрассмайер лет через десять после этого в 1864—1865 годах. Бругш внушал астроному Био, что они относятся ко времени отца астрономов Птоломея, а Штрассмайер внушал Эппингу, что его плитки относятся ко времени дедушки астрономов — Гиппарха.

Но ведь это как раз было время жизни самого дедушки астрономов Гиппарха, — невольно восклицаете вы, — это не иначе, как клинописный перевод его собственных эфемерид!

Но вдруг обнаружились и странности. Эппинг увидел некоторые описки, недопустимые для астронома, вроде того, что один и тот же знак Зодиака — КИ — ему пришлось определить по положению Меркурия для 27 числа Шебата месяца -122 года (на таблетте I), как созвездие Овна, а по положению той же планеты 29 Адара -110 года (на таблетте II), как созвездие Водолея, несмотря на то, что оба созвездия лежат даже и не рядом! Для историков, мало знакомых с движениями планет, величины этих неточностей не представляются ясно, и потому они сочли, опираясь на авторитет Эппинга и Штассмайера, вопрос о клинописной хронологии установленным здесь астрономически. Цезарь Аршак с этой точки зрения основал свое месопотамское царство в -311 году (312 год до начала нашей эры), через 11 лет после того, как, будто бы, умер в Вавилоне Александр Македонский (8–11 июня -322 года по обычной хронологии). Но кто такой Аршак — так и осталось не решенным. Совсем другое здесь представляется для астронома-теоретика.

Не трудно видеть, что при такой свободе при допущении "ошибок составителя астрономических клинописей" не трудно найти более или менее подходящий год почти в любую серию соответствующих положений Юпитера и Сатурна. А такая серия появляется (табл. ...) в каждые 900 лет. Значит, этот способ вычисления только на заранее указанную эпоху, является не самостоятельной астрономической разведкой, а тенденциозным подведением небесных явлений под господствующую историко-теологическую идеологию.

Вот почему, как только я принялся за астрономические изыскания в клинописной литературе, я захотел исследовать в подлиннике прежде всего знаменитую книгу Эппинга, о которой я знал из указаний в различных специальных трактатах по Месопотамской истории, как об основном документе для астрономического установления ее древней хронологии: но этой книги не оказалось ни в Библиотеке нашей Академии Наук, ни в библиотеке Пулковской Обсерватории, и я стал, наконец, приходить к печальному заключению, что ее не найдется нигде в России, — как вдруг, благодаря любезности заведующего иностранным отделением нашей Государственной Публичной библиотеки, мне удалось найти там один ее экземпляр и получить его в августе 1920 года для исследования на дому. Я еще мало занимался в то время клинописями и отнесся сначала к этому документу с полным доверием. Он показался мне настоящей драгоценностью. Читатель может себе представить, с каким волнением я нес его к себе, и в тот же вечер принялся за разработку. Но я взялся сначала за этот предмет, к сожаленью, не тем методом планетных сочетаний, который всегда так верно вёл меня к вполне определенному году, месяцу и дню при прежних моих исследованиях в этом роде. Затруднившись тем, что все небесные события даны здесь в числах лунных месяцев, носящих почти те же самые имена, как и еврейские, и, следовательно, периодически передвигающиеся взад и вперед на целое созвездие, я подумал, что мне тут трудно будет определить положения Меркурия, Венеры и Марса, и потому выбрал основой расчета приведённые в таблеттах четыре солнечные и четыре лунные затмения. А метод определения хронологических дат по затмениям один из самых ненадежных. Ведь на любой месяц приходится по нескольку затмений в столетие, так что при оставлении за собой права поправки уже существующей хронологии лет на десять взад и вперед всегда возможно подтвердить ее по любому затмению да и порядок последовательности одного затмения за другим всегда почти один и тот же. Значит, для вычислителя почти безразлично, имеет ли он несколько последовательных затмений или только одно из них на определенный месяц. Особенно же ненадежен этот метод тогда, как дело идет, как здесь, лишь о предсказаниях этих явлений, т. е. лишь о предстоящих близ-узловых сочетаниях солнца и луны, часть которых могут пройти при неточности древних и даже средне-вековых методов, и без осуществления предсказанных затмений.

Получив таким способом по нескольку удовлетворяющих решений на каждое хронологическое сочетание, — указанных ниже восьми затмений, — я убедился, что у меня между ними нет предпочтительного выбора, и что они могут, как и всякие другие древние затмения, подтвердить мне любой век и нередко даже любое десятилетие.

Очень путал мне точно также употребленный в таблицах еврейский передвижной календарь точные расчеты положений Марса, Меркурия, Венеры, Луны и Солнца. Я сначала пытался давать этим планетам средние из возможных по такому календарю положений, но и тут не получалось ничего твердого. Наконец, уже уехавши с берегов Невы в оставленное мне в пожизненное пользование отцовское имение Борок, я принялся там снова за более спокойное исследование этих таблеток и вдруг увидел, что без труда могу избавиться от мало подходящего для моих методов еврейского подвижного календаря, благодаря тому, что в обоих клинописях показаны даты солнцестояний и равноденствий, приходящиеся во все века на 21-22 числа марта, июня, сентября и декабря григорианского стиля. Отсчитывая взад и вперед от этих дат, указываемые в таблеттах положения светил, я получил возможность прямо приходить к их григорианской датировке, а от нее и к юлианскому календарю.

Тогда всё вычисление пошло у меня с головокружительной быстротой, и к 1 октября 1920 года я его закончил в черновике, а теперь даю в окончательной обработке.

Укажу, прежде всего, за какие планеты мы должны считать упоминаемые тут имена "Муллялю" и "Те-Ута".

Первая таблетта помечена 189 годом Аршака-Цеэаря, а вторая 201 годом от него же. Значит, указанные во второй таблетте положения планет были через 12 лет после первой. Кроме того, Муллялю и Те-Ут единственные планеты, показанные целый год в одном созвездии, а это соответствует только движениям Сатурна и Юпитера, и выбор между ними не труден. Юпитер через 12 лет приходит в то же самое созвездие, каким и является только Те-Ут, предсказанный в Близнецах и в той, и в другой таблетте. Значит, Те-Ут — Юпитер и, следовательно, Муллялю — Сатурн, который от Овна первой таблетты до Девы второй идет 11,8 лет, что тоже соответствует указанному тут 12-летнему промежутку.

Значит, Эппинг был прав, признав Муллялю за Сатурна и Те-Ута за Юпитера.

А если допустить обратное и предположить, что Те-Ут есть Сатурн, то он пройдет от Близнецов до Близнецов лишь в 29 1/2 лет, а не в 12, как показано. Мул-лялю же, принятый в этом случае за Юпитера, сделает полтора оборота по небу и тоже придет из Девы в Овна, как дано в таблетках, но тогда надпись об Аршаке-Цезаре и о том, что вторая таблетта написана через 12 лет после первой, пришлось бы считать за злостный апокриф. Я не могу допустить, чтоб это сделал Эппинг и потому вычисляю только по его номенклатуре, не делая дополнительного вычисления на случай перевода имен Муллялю и Те-Ута в обратном смысле.

Точно также по характеру движения имя Ан или Анц легко определяется как Марс, Дил-Бат, как Венера и Гут-Ту, как Меркурий. А 12 созвездий Зодиака определяются без всяких сомнений по указанным четырех из них дням равноденствий и солнцестояний.

Всё у меня вполне согласно с отожествлениями Эппинга, и на этих основаниях я и даю здесь сначала полный перевод обеих таблетт, раньше чем перейти к астрономическому определению их времени.


назад начало вперёд


Hosted by uCoz