Н.А.Морозов / «Христос». 2 книга. /ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. КНИГА БЫТИЕ ... /


ГЛАВА IV.
ЛЕГЕНДА О «РАСПРОСТРАНИТЕЛЕ ПИСЬМЕН (ИСААКЕ) И О ЕГО ДЕТЯХ БЛИЗНЕЦАХ.

 

Жена Отца-Рима «Чара» уже после того, как она переименовала себя в Царицу (Сару, т. е. сделалась государственной церковью) родила сыча, которому дала имя «Распространитель письменных законов» (Исаак по-гречески)». 1)


1) יצ־חק (ИЦ-ХК), от יצא־חק (ИЦА-ХК)—распространяющий письменный закон, или распространяющий начертания. Его имя совершенно напрасно производится в современных текстах Библии от корня צחק (ЦХК)—хохотать. Ничего похожего на хохот в его истории нет, а легенда о том, что из-за него хохотали над его матерью, конечно, годна лишь для грудных детей.

В это время Отцу-Риму минуло сто лет, и он подверг сына обряду обрезания на восьмой день от рождения (21. 4).

Если верить легенде, что такое событие было через 14 лет после рождения Исмаила от арабской Геджары, то оно было не ранее VII века вашей эры, при Хозрое Справедливом. А если считать начало Отца-Рима со времени объявления папского христианства господствующей религией (начало V века), то указы­ваемое время будет близко ко времени царствования Юстиниана (527—565). И сам «Распространитель письменных зако­нов» должен представлять Юстиниана с его кодексом законов, и, расширительно, одну из важных религиозных сект того вре­мени, развивавшихся в дальнейшие века параллельно с исламом—исмаелитством.

Что Распространитель письменных законов (по-библейски Исаак) был не только личность, но и персонификация важной религиозной секты, явствует и из явно астральной легенды о принесении его в жертву Громовержцу.

«После заключения мира между Отцом-Римом и Царственным Отцом у Колодца семи (планет),—рассказывает 22 глава книги Бытия, поставившая эту легенду в связь со схождением планет около Урны Водолея в 610 году,—Отец—Рим (символизиро­ванный Солнцем) услышал зов Бога (АЛЕ):

—«Отец Рим!»

—«Я здесь!»—ответил он.

—«Возьми единственного твоего сына, которого ты любишь, и принеси его в жертву всесожжения на месте Горечь Громовержца 2) на горе, о которой я тебе скажу».

«Отец-Рим встал рано утром, оседлал Осла (в символе Осленка в созвездии Рака), взял с собой двух Отроков (в символе Близ­нецов) и пошел на указанное место (в созвездие Жертвенника). Он увидел это место вдалеке (от созвездия Рака) и сказал Отрокам Близнецам:

«Оставайтесь здесь с Ослом!»

«Потом он взял в руку Нож (в символе Кометы) и Огонь (в символе утренней зари) и пришел с сыном (символизированном Месяцем) на место, о котором сказали ему боги (АЛЕИМ). Он связал «Распространителя письмен» (в символе Змиедержца), положил на Жертвенник поверх дров и, протянув руку, взял Нож (комету), чтобы заколоть его. Но вестник Громовержца позвал его снова с неба:

—«Отец-Рим! Отец-Рим! Не поднимай руки твоей на юношу! Не делай с ним ничего! Я узнал теперь, что ты боишься богов и даже не пожалел для меня единственного твоего сына».

Отец-Рим поднял свои глаза и увидел позади себя Овна (АИЛ), запутавшегося рогами в чаще (поднимавшегося на востоке над лесом на фоне отражения огня вечерней зари). Он взял его и принес в жертву всесожжения вместо своего сына, и назвал это место Видение Громовержца (ЕУА ИЕВЕ).


2) מרי־יה (МРИ-ИЕ)—Горечь Громоворжда.

Астральная символистика этой легенды очевидна. Здесь фигурируют созвездия Осел (в Раке), Близнецы, Жертвенник, заходящий над деревьями в огне вечерней зари, что показывает на месяц Сентябрь и восходящий Овен. А поднятый над Распространителем письменного закона меч, очевидно, представляет мечевидную комету, хвост которой, идя от Солнца, был над Меся­цем, проходившим над Жертвенником небес.

Была ли когда-нибудь такая небесная обстановка? Когда было что-нибудь подобное жертвоприношению Исаака на небе?

Мы видели, что в предыдущей главе рассказывалось о схождении планет близ Урны Водолея (кладезь семи планет) в 610 году нашей эры и потому естественно рождается вопрос, не проходила ли около этого времени какая—либо большая мечевидная комета, через Близнецов и Рака, и затем по направлению к Созвездию Жертвенника и не даст ли она нам. указаний на остальные детали легенды? Так это и есть. Под 607 годом в китайских летописях Ше-Ке и Ма-Туань-Линь рас­сказывается, что за три года до этого схождения планет у Урны Водолея появилась в марте большая комета, которая теперь отожествлена со знаменитой в средневековых летописях кометой Галлея.

«В 607 году,—говорит Ма-Туань-Линь,—13 марта впервые увидели комету в восточной области Близнецов.... Она вошла (через Рака и его Ослов) в пространство между Львом и Девой, смела бету Льва и исчезла через 100 дней» (очевидно дойдя хвостом до созвездия Змиедержца над Жертвенником). Таким образом, астральным символом Распространителя письменных законов здесь является Месяц, отожествляющиеся с Мессией раввинистов и с вознесшимся на небо Христом средневековых христиан. А Отца-Рима представляет астрально Солнце.

Эта комета произвела такое сильное впечатление, что мы имеем о ней редкий случай вторичной записи в китайских летописях.

«В 607 году 4 апреля (когда Солнце бывает в Овне),—говорят нам Ше-Ке и Ма-Туань-Линь,—наблюдали хвостатую звезду на западном горизонте. Она прошла через область альфы, дельты и теты в Андромеде, через созвездие Рыб и голову Овна (принесенною 6 жертву вместо Змиедержца) и вошла в созвездие Девы. 21 октября она повернулась (уклонилась от Змиедержца) и была видна на Юге. На горизонте Девы она была красноватого (Кровавого) цвета. Она смела звезды между Львом и Девой и исчезла в начале следующего года».

Таким образом детали неосуществившегося Жертвоприноше­ния Отцом-Римом своего сына—Распространителя письменных законов, с заменой его Овном были «установлены» астрологи­ческим путем в начале VII века. Проходившая большая комета Меч возбудила всевозможные толки и, наконец, была истолко­вана, как специальное приказание уже вознесшемуся на небеса Отцу-Риму принести в жертву свое детище—Византийскую империю, но приказание это было отклонено, и посланник бога Громовержца удержал уже занесенный меч.

Отмечу что в 607 году Сатурн и Юпитер хороводились вместе между Стрельцом и Козерогом. Считая Исмаила за олицетворение ислама, мы должны считать Исаака за символ мес­сианства начала VII века.

Рассмотрим же и остальную его историю.

Мы знаем, что Римскую империю в Италии сменило царство готов, захватывавшее в 526 году, во время Теодориха Великого, не только Италию с Сицилией, но и Южную Францию, Швейцарию, Баварию, Тироль и всю северо-западную область Балканского полуострова, где теперь Босния с Герцеговиной и Сербия, вплоть до Верхнего Дуная. И вот в книге Бытия и рассказывается, что Отец-Рим покончил свою жизнь в Земле готов, называемых в переводах хетами.

«Ста двадцати семи лет от рождения умерла Чара (если считать с Никейского собора, то выйдет 452 год—нашествие Аттиллы с гунами на Римскую империю).

«Отец-Рим сказал готам (хэтам):

«Я пришлец и поселенец среди вас. Дайте мне в соб­ственность место для гроба, чтобы скрыть мою жену от моих глаз».

—«Ты князь божий среди нас,—отвечали готы.—Похо­рони твою умершую в лучшем из наших погребальных мест. Никто из нас ни в чем не откажет тебе» (23. 1—7).

После этого стала равнина Эбро (ЭБРУН, т. е. Иберия, теперь Испания), вместе с ее пещерой и деревьями вокруг, владением Отца-Рима перед очами готов и всех входящих в ворота города. Это и есть Хеврон (ХБРУН) в земле Ханан» (тенденциозно поясняет редактор, Бытие, 23. 19).

Рассказ о женитьбе «Распространителя письмен», едва не принесенного в жертву Громовержцу, астрологически передается в 24 главе Бытия в таком виде:

«Отец-Рим (небесным символом которого стало уже созвездие Иоанна Крестителя—Водолей) одряхлел и сказал старшему из своих слуг (Месяцу), управлявшему всем в его доме:

—«Положи свою руку под мой детородный 3) орган (Луна время от времени проходит прямо через детородный орган Водолея) и клянись Громовержцем, богом небес и земли, что ты не возьмешь жены моему сыну из хананских дочерей, среди которых я живу, но пойдешь за нею в мою родную землю» (Римскую область).

«Не лучше ли возвратить туда самого твоего сына?»—сказал слуга.

—«Берегись так сделать! Громовержец, взявший меня оттуда и обещавший дать эту землю моему потомству, пошлет перед тобою своего вестника, и ты возьмешь оттуда жену (т. е. религию) моему сыну».

«Управляющий домом положил свою руку под детородный орган Отца-Рима, своего властелина, и поклялся ему. Потом он встал и пошел с девятью верблюдами и всякими драгоценностями на Возвышенность потоков, в город Вождя света. 4)

«Под вечер он поставил своих верблюдов на колени близ города, у колодца с водою, и сказал себе:

—«Вот я стою у источника, и дочери жителей города выходят черпать воду. Пусть девица, которой я скажу: «наклони кувшин твой мне напиться» и которая ответит: «пей, я дам и твоим верблюдам»,—будет та, которая назначена «Распро­странителю письмен».

ТАБЛИЦА XVIII.
Родословие Исака и Ревекки
(Бытие 11, 24).

«Не успел он окончить, как вышла Утишительница спора (Ревекка 5), дочь Боговместителя (БТУ-АЛ), сына Царицы,. и «Вождя света», брата Отца-Рима (табл. XVIII), с кувшином на плече. Она была прекрасна видом, подошла к источнику (нахор) наполнила кувшин и пошла вверх. Он побежал ей навстречу и сказал:

—«Дай мне выпить немного воды из кувшина».

—«Пей, господин мой,—сказала девица,—я начерпаю и для твоих верблюдов. Пусть напьются».

«Она вылила в пойло воду из кувшина и снова побежала к колодцу, пока не начерпала для всех его верблюдов.

«Тогда он дал ей золотое кольцо для вдевания в нос, пол-сикля весом, и два золотые браслета весом в девять сиклей, на ее руку и преклонился перед Громовержцем.

«Дева побежала и рассказала матери об этих делах. Ее брат Рассвет, 6) увидев золотое кольцо на ее носу (рис. 152 и 153) и браслеты на руках, побежал к тому человеку, привел его в дом, расседлал верблюдов, дал им соломы и корму, и принес воды умыть его ноги и ноги тех, кто был с ним, и предложил им пищи.

«Но слуга сказал:

—«Не буду есть, пока не скажу своего дела».

«Он рассказал все. Рассвет и Боговластитель призвали «Утипштельницу спора» и спросили ее:

—«Пойдешь ли ты с этим человеком?» «Она ответила:

—«Пойду».

«Слуга посадил ее и ее служанок на верблюдов, и они поехали.

«Распространитель письмен» (в символе Змиедержца) жил в это время в Южной стране у источника Челюсти (расщелины Млечною Пути). 7)

«При наступлении вечера он вышел в поле и, подняв глаза свои, увидел, что едут верблюды (облака). А «Утишительница Спора» (Дева), увидев «Распространителя писания», спустилась со своего верблюда и закрылась покрывалом» (Быт. 24. 62), т. е. зашла под горизонт, как и всегда бывает при кульминации Змиедержца.

«Слуга рассказал ему все, что было; и «Распространитель письмен» ввел ее в шатер своей матери, Царицы, и она стала его женой. Он полюбил ее и утешился по матери» (Быт. 24. 1—67).


3) מרי־יה (ИРК)—в церковных переводах: стегно. Этим же именем называлась и ляшка, если верить словарям.
4) ארם נהרים (АРМ-НЕРИМ)—возвышенность потоков; נח־ור (НХ-УР), иначе נח־אור (НХ-АУР)—вождь света.
5) Даю значение по Cruden'у, который производит слово Ревекка, пишущегося רב־קה (РБ-КЕ) от ריב (РИБ)—пререкательство и קהה (К'ЕЕ) = כהה (КЕЕ)—притупляться, слабеть.
6) לבן (ЛБН)—ясный. По дальнейшему тексту видно, что дело идет о рассвете, характеризующем Восток.
7) לחי־ראי (ЛХИ-РАЙ) от ЛХИ—челюсть, щека и РАЙ—виденье. Единственное такое место на небе—в созвездии Змиедержца, в ущелье Млечного пути.


Рис 152.
Золотое кольцо под носом «Утишительницы спора». Кольцеобразное затмение Солнца под носом созвездия Девы 1 сентября 536 года нашей эры.

Рис. 153.

Различные формы, которые принимало золотое кольцо Солнца при кольцеобразном затмении под носом созвездия Девы 1 сентября 536 г. европ. эры.

Так совершился переход у части населения великой Латино-Эллино-Сирийско-Египетской империи от первичной христианской религии к новой ученой—раввинской, которую олицетво­ряет здесь «Утишительница спора»—небесная Дева. Все это здесь астрализировапо, но астральная аллегория набросана такими яркими штрихами, что ее нетрудно сразу восстановить и даже определить время возникновения этой легенды.

Исходным пунктом здесь может служить Золотое Кольцо, вдетое в нос Утишителышцы спора—Девы. При астральном истолковании это может быть только кольцеобразное затмение Солнца при его проходе под носом созвездия Девы, что бывает в начале сентября.

От начала нашей эры подобными затмениями были только:

164 г.— IX—4, шедшее из Испании через Каир, вне других культурных центров.
536 г.—IX—1, замечательное, прошло по всей Италии через Рим и Неаполь в Египте под носом Девы.
787 г.—IX—16, из Италии через Сицилию и Каир, но уже в груди Девы.
1093 г.— IX—23, с северо-запада через Константинополь, но уже в средине Девы.

Из них Солнечное кольцо висело под носом Девы только при затмении 1 сентября 536 года (рис. 151 и 152).

А до начала нашей эры, начиная от 1200 года, можно отметить только кольцеобразное затмение минус 533 года 31 августа,—шедшее из Франции в Каир по Средиземному морю.

Соответственно с этим вырисовываются и главные детали астральной картины: Юпитер был тогда налево от Девы и Скорпиона, Сатурн—направо от Девы во Льве, Венера была у опущенной руки Девы, а Меркурий у приподнятой. Это и были Золотые браслеты. Точно так же выясняются и другие подроб­ности. 10 верблюдов, это 10 лунных месяцев, на горб которых садилась Луна—«управляющий всеми делами неба»,—прежде чем доехала от созвездия Скорпиона до Девы.

«Когда Утишительница спора—небесная Дева—стала беременной,—продолжает легенда,—в ее животе начали толкаться двое сыновей (Солнце и Луна) и она сказала:

—«Если будет так, то для чего мне это?»

«Но Громовержец ей сказал:

—«Это произойдут два народа. Один будет сильнее другого, и больший будет служить меньшему».

— Когда настало время родить, Солнце перешло уже в созвездие Близнецов и потому, конечно, родились Близнецы.

«Первый младенец,—говорит леген­да,—вышел румяный и длинноволосый (Солнце—символ православного священства-назарейства) и она его назвала Эсу 8) (латинское Iesus), т. е. христианин, или ессей. Потом вышел другой, держась руками за его пятку, и она его назвала Богоследитель (Иаков 9).


8) עשו (ЭСУ)—Творец, косматый, Солнце.
9) י־עקב (И-ЭКБ) = יה־עקב (ИЕ-ЭКБ)—богоискатель, от ЭКБ ловлю за пяту, преследую кого-нибудь.

Такова легенда о возникновении есееев-христиан и иаковитов. Родоначальником последних считается Иаков Барадей, умерший в 578 году нашей эры в Сирии, основав в ней (в 541 году) монофизитскую церковь своего имени.

Иаковиты признавали в Мессии одну только воплотившуюся божественную природу, а не смесь человека с богом, как христиане. Они распространены в Египте, Сирии и Месопотамии, где до сих пор называются иаковитами. От них произошли церкви армянская, абиссинская и коптская, а потому понятно, что их родоначальнику Иакову Барадею уделено такое важное место и в Библии.

Его смерть была через 42 года после времени вычисленного нами солнечного кольца под носом созвездия Девы. Значит, указанное нами кольцеобразное затмение Солнца случилось во время его молодости, а выражение, что «Иаков вышел из чрева матери, держась за пятку Иисуса», надо понимать аллегорически. Легенда хочет сказать, что первичное христианство разделилось около 540 года нашей эры на «иезуитов», т. е. иисусовцев (христиан) и иаковитов. Первые символизировались Солнцем, так как считали времена солнечным годом, вторые,—Месяцем, так как приняли лунный календарь. Месяц, по только что приве­денной легенде, вышел, держась за пятку Солнца, так как и, дей­ствительно, если мы будем считать суточное движение Солнца, как оно есть, от востока к западу, то его затмение кончается, когда Месяц перестает держаться за его пятку, т. е. за заднюю часть. При Иакове Барадее такое затмение в Деве было, как я уже показал, видимо в Риме 3 ноября 536 года, а через четыре года, 20 июня 540 года, в том же Риме было видимо и только что описанное замечательное солнечное затмение в Близнецах. Значит эта легенда возникла в Риме в конце V века.

Что же касается до ессеев, то их монашескую или полу­монашескую коммунистическую секту считают возникшей еще ранее христианства и исчезнувшей совсем во время жизни Василия Великого, основателя христианского богослужения. Но точно ли здесь нет хронологической путаницы и действительно ли ессейство не было лишь одним из имен христианства, различных у разных народов? Ведь произносят же и в наше время имя Иисус то как Езус, то как Жезю, то как Джизес и т. д. Почему бы не произноситься ему и как Эсу, и как Ессей?

Отмечу прежде всего, что в талмудической литературе мы ничего не читаем об ессеях и узнаем о них только из апокрифических греческих и латинских авторов: Филона, Iосифа Флавия, Плиния старшего, из которых будто бы почерпнули свои сведения и христианские писатели Ипполит, Порфирий, Евсевий, Селинус и Епифаний.

Но хотя я и считаю этих последних тоже апокрифическими и принадлежащими концу средних веков, однако думаю, на основании многих соображений, что Филон, Iосиф, Флавий и Плиний старший были еще более позднего происхождения, чем они, и заимствовали свои сведения у этих или у других христианских писателей. Греческие авторы пишут это слово εσσαιοι (эссайои), как везде употребляет и Плиний. А Флавий уже путает это название. Из 20 случаев он 6 раз пишет правильно, а остальные 14 раз говорит: έσσηνοί (эссеной). Так же двояко пишет и Филон, и сверх того производит еще это имя от öσϊος (осиос)—святой, сходное с еврейским ХСИ—благочести­вый, а также и с сирийским словом אםא (АСА)—врач, так как по некоторым сообщениям ессеи занимались и врачеванием.

Если мы посмотрим на них по существу, то увидим, что наибольше сходства они имеют с христианами и с монашеским христианством первого периода его развития. Ученики «Iоанна Крестителя» во всех первоисточниках считаются ессеями, да и сам Иисус-Назорей был ессей, потому что не вступал в брак, как это требовали высшие степени ессейства. О неразрывной связи между назарейством и ессейством говорят и арабские писатели Абулфарадж и Макризд, а также и Епифаний.

Особенно интересным для нас является здесь сообщение Епифания, 10) что они молились на Солнце и так его почитали, что не позволяли себе даже исправлять свои естественные потребности на солнечном свете, перед лицом своего божества, а спешили для этого удалиться в затененное место. Таким образом, совершенно естественно, что в Библии Ессей (Эсу-Исав) символизируется лучистым, т. е. косматым Солнцем, тогда как его младший брат иаковит (Iаков) олицетворяется гладкоголовым Месяцем, у которого нет лучей, но который и без них освещает ночной мрак. Как и христиане, они признавали бессмертность души и смотрели на тело, лишь как на ее временное жилище.

«Удивительной является у них,—говорит IосиФ Флавий, 11)—общность имуществ. Нет того, чтобы один имел больше другого, так как каждые вступающий в эту религиозную секту отдает ей все свое имущество, и благодаря этому нет ни у кого из них ни избытка, ни недостатка, но все они, как братья, владеют общим имуществом».

То же самое говорит и Евсевий от имени Филона.

«Не только пища у них общая, но даже и платье. Для зимы имеются теплые одежды, для лета легкие, так что каждый может поступать, как ему кажется лучше, ибо все, что кто-нибудь из них имеет, считается достоянием всех».

Однако, монашеская, а потому и коммунальная жизнь испол­нялась по Флавию не всеми ессеями, 12) а только особой ветвью (как и у древних христиан).

«Они (как и христиане) отрицали кровавые жертвоприношения и потому не ходили в иерусалимский храм».


10) Haereses XX , 2.
11) Иудейская война II, 8, 7.
12) Иудейская война II, 8, 12.

Чему же после этого удивляться, что и Евсевий Кесарийский и Iероним Блаженный утверждают, что отрасль ессейства (египетские терапевты), была не что иное как первые александрийские христиане, «обращенные апостолом Марком-врачом» и что хранимые ими в тайне «писания древних мужей» были первые христианские книги? К этому же заключению приводит и группировка их руководящей части в виде монашеских орденов, и до сих пор сохранившаяся в католической церкви.

Таковы главные причины, заставляющие и меня считать легенду об ЭСУ (Исаве по-русски) за новый вариант легенд об Иисусе, написанный с нехристианской точки зрения, и символизирующий в Эсу все христианство.

«Когда дети (Эсу и Iаков) выросли (т. е. развилось ессейское христианство и иаковитство), тогда христианин стал человеком искусным в звероловстве,— говорит нам книга Бытия.— Он стал человеком полей, а иаковит стал жить в домах».

«Их отец, «Распространитель письмен», любил более христианина, а его жена,—Утишительница спора (Ревекка),—больше любила иаковита. Раз иаковит-Месяц сварил кушанье, а христианин-Солнце пришел усталый с полей.

—«Накорми меня этим красным-красным!—сказал он.—Я очень устал».

—«Продай мне за него свое первородство»!—ответил иаковит.

—«К чему мне первородство, когда я умираю» (с голода?)—ответил христианин.

—«Поклянись!»—продолжал иаковит.

«Исусовец (Исав) поклялся, и иаковит (Иаков) дал ему хлеба и похлебку из чечевицы. Так продал христианин свое первородство иаковиту и получил прозвище Красный (АДУМ, т. е. итальянец, таково имя итальянцев у всех раввинов средних веков).

И здесь легенда легко объясняется астрально. Во всей Италии было видно, как Месяц прошел в ноге Змиедержца утром 24 ноября 550 года прямо над Солнцем, затмив всю его верхнюю часть. При этом Марс был в Деве над утренней зарей, а Юпитер и Сатурн в Козероге над вечерней. Таким образом право первородства было продано христианином иаковиту в 550 году.

* * *

Этим эпизодом оканчивается 25 глава книги «Бытие». А всех глав в ней пятьдесят.

Раньше, чем перейти к разбору остальных, содержащих исключительно историю Иакова и его двенадцати сыновей, я остановлюсь немного подробнее на только что изложенной мною половине.

После наших разъяснений и астрономических определений времени мы видим ясно—как уже и было сказано,—что книга Генезис (или Бытие) представляет первую попытку человече­ского ума привести в связный вид различные легенды и ска­зания о прошлом природы и людей, ходившие в V, VI и VII веках нашей эры. Благодаря господствовавшим тогда астрологическим тенденциям, по которым считалось возможным предсказывать будущие события, авторы считали возможным этим же путем восстановить подробности и в имевшихся у них отрывочных ска­заниях о прошлом. Отсюда и вышла астрализация Всемирного потопа, Земного рая и т. д.

Таким же путем возникли и астрально-аллегорические рассказы о возникновении народов и религий. Вид полузатменного красного Солнца, поднимающегося в созвездии Близнецов или Девы, и Месяца, еще держащегося за его пятку в конце затмения, мог навести астро­лога на мысль, что это символ рождения от Девы двух религий: поклонения Солнцу и поклонения Месяцу, после того, как установлено было астрономами, что Луна ближе к нам, чем Солнце, и что солнечное затмение происходит от заслонения Солнца Месяцем. И я уже доказывал, что затмение Солнца в Деве было около этого времени в 563 году, 3 ноября, а затмение в Близ­нецах было через 4 года после описанного выше кольцеобраз­ного под носом Девы. Оно произошло 20 июня 540 года почти в самой середине Близнецов и прошло утром из Гибралтара прямо через Рим и Балканский полуостров. Оно было полуденным на Кавказе и окончилось у острова Целебеса в Тихом океане. Очень возможно, что тут, в победе Месяца над Солнцем, аллего­рически описана победа лунного календаря у иаковитов над солнеч­ным у христиан Европы.

Так как ни один из вошедших в «Бытие» первичных рас­сказов не был датирован по какой-либо хронологической эре (никаких эр тогда еще не существовало), то во многих случаях позднейшие события были поставлены ранее, а ранние позднее, и все это было цементировано, как в Евангелиях, отчасти соеди­нительными фразами вроде: «после сего», отчасти простым словом «затем», или, более подробно, целыми вставными главами, в которых устанавливались какими-то еще не разобранными каббалистиче­скими приемами годы жизни последовательных патриархов. Так, между рассказом об убийстве Каином Авеля и рассказом о потопе, вставлена целая пятая глава родословия потомков Ноя, начиная с Адама, которой во все средние века придавалось историческое значение, а теперь серьезные исследователи только пытаются определить: каким приемом все это могло бы быть придумано?

Особенно резкий анахронизм сказывается в библийском раз­мещении легенд об Исаве и Иакове—о христианине ииаковите. В только что приведенной легенде в личности Иакова персони­фицировано иаковитство Иакова Барадея, средины VI века. А далее, начиная с 51 главы Бытия, продолжением Иакова Бара­дея является Иаков Богоборец, списанный на самом деле уже с Ария начала IV века и предшествовавший христианину: а Иакова Барадея замещает тут, повидимому, Лициний. И все это сделано не по каким-либо историческим воспоминаниям, а вос­становлено астрологически, на основании того, что христианство, считавшее год по Солнцу, символизировалось Солнцем, а иаковитство. считавшее год по Луне, символизировалось Месяцем.

Так создавалась первая космогония и всеобщая история, особенно история религий, удовлетворявшая человеческую мысль вплоть до печатного периода, когда обилие книг приучило чело­веческий ум мыслить шаре и глубже, и возникшая опытная наука открыла для него такие горизонты, о которых средне­вековый мыслитель не мог даже и мечтать.


назад начало вперёд


Hosted by uCoz