Н.А.Морозов / «Христос». 3 книга. / ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ / ТРИ ТЕНИ ВЕЛИКОГО ЦАРЯ


ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
ТРИ ТЕНИ ВЕЛИКОГО ЦАРЯ



Рис. 60. Вознесение пророка Илии на небо перед глазами его последователя Елисея по апперцепции современного библейского иллюстратора (возможно, что огненная колесница в этой легенде навеяна пролетом огненного метеорита, как в сказании о Метеоре в «Метаморфозах» Овидия).

ГЛАВА I.
ИЛИЯ И ЕЛИСЕЙ, КАК СРЕДНЕВЕКОВЫЕ ТЕОЛОГИЧЕСКИЕ АППЕРЦЕПЦИИ ОСНОВАТЕЛЯ ХРИСТИАНСКОГО БОГОСЛУЖЕНИЯ ВЕЛИКОГО ЦАРЯ (ВАСИЛИЯ ВЕЛИКОГО) И ЕГО ЛЮБИМОГО УЧЕНИКА ИОАННА ЗЛАТОУСТА (БОГОСЛОВА).

 

Все наши представления об исторических деятелях, если мы не имеем их собственных писем или дневников, есть только апперцепция вашего сознания, тем более удаляющаяся от истины, чем многозвеннее была цепь передатчиков, посредством которой дошли до нас известия о их жизни. Если даже кто-нибудь и сам написал свои воспоминания, то все, что говорил он о своем прошлом, уже принимало некоторую окраску последующего, хотя бы автор и был вполне искренним человеком. Ведь неправильность общего впечатления заключается не только в том, что он сообщил нам тенденциозно, но и в том, что он не все рассказал о себе, исключив, например, такие события, о которых ему тяжело или стыдно было вспомнить, или, наоборот, особенно налегал на них, если писал в припадке раскаяния и самобичевания.

Если же он писал не сам, а другие, которые никак не могли знать о нем все, и если, вдобавок, их сообщения дошли до нас не в подлинниках, а через многозвенную цепь переписчиков с редакционными наклонностями (какими все они были в до-печатный период, то рассказ сильно изменял свой характер при каждой переписке, в зависимости от симпатии или антипатии автора к данному деятелю, а если он передавался от одного к другому устно хоть три—четыре раза, то делался совсем неузнаваемым.

Но к счастью почти во всех библейских сообщениях о великом царе-маге мы, несмотря на разнообразие их размещения по векам и странам, всегда видим достаточно общих черт, чтобы признать, что они все выросли из того же корня. Так и в библейской легенде о пророках Илие и Елисее, вставленной в книгу «Цари» в царствование грешнейшего из всех царей Ахава, мы без труда узнаем евангельского Христа и его любимого ученика Иоанна, а в Ахаве—императора Валента.

Прежде всего сообразим: где и когда они жили в Палестине?

Я уже показал (во второй книге «Христа»), что по геофизическим условиям ее местности в ней никогда не могло быть таких царств, какими описывается в Библии богоборческое (израильское по-еврейски) и богославное (иудейское по-еврейски), и что под именем Столбной горы (Сиона) в Библии описывается Везувий, а под именем Иерусалима—Геркуланум или Помпея. Я показал в первой книге параллелизм династических событий богоборческого царства Библии с династическими событиями «всемирной Римской империи» преемников Аврелиана и то, что библейский царь Ахав (т. е. «Дядя») списан с императора Валента. Значит, действие относится и тут к промежутку 363—368 годов нашей эры, так что Илия хронологически налегает прямо на Великого царя (Василия Великого).

Имя Илия по еврейскому начертанию АЛ-ИЕУ 1 значит бог Громовержец. Он охарактеризован, подобно Иисусу, как обратно придущий 2 и поселившийся на огнедышащей горе Свидетельства, т. е. не иначе, как на Везувии. Я здесь буду знать его просто Гремящий Пророк, употребляя вульгарное прозвище пророка Илии.

Имя его преемника Елисей (АЛ-ИШЭ)3 значит богоспасатель, и он характеризуется как сын Карающего Жезла,4 что приводит его родословную, повидимому, в связь с пиниеобразным облаком над Везувием или с кометой.


1 אל־יהו (АЛ-ИЕУ)—бог-Иегова.
2 תשבי (ТШБИ) от תשבה (ТШУБЕ)—обратный приход.
3 אל־ישע (АЛ-ИШЕ)—сокращенное אל־ישעה (ИХИШУЭЕ)—бог-Спасатель, бог-Освободитель.
4 שפט = שבט (ШБТ = ШПТ)—жезл для наказания.

Он умер,—говорит нам Библия,—в царствование Иоаша, которого по тому же параллелизму династических событий мы уже отожествили с Аркадием (395—408), так что смерть его совпадает со смертью Иоанна Златоуста, автора Апокалипсиса.

Гремящий Пророк вознесся, по легенде, живым на небо, что сближает легенду о нем с рассказами о вознесшемся туда же Иисусе, так что и в Елисее можно заподозреть даже и без династических параллелизмов его любимого ученика Иоанна.

Рассмотрим же и эти библейские рассказы как с психологической, так и с астрологической точек зрения.

«Гремящий Пророк,—говорит нам книга «Цари»,—живший на «Горе Свидетельства», сказал царю-Дяде (Ахаву-Валенту, по нашим сопоставлениям):5

«— Клянусь Громовержцем, богом богоборцев, перед которым я теперь стою! Не будет в эти годы ни дождя, ни росы иначе, как по моему приказанию (Цари, 17,1).

«Он пошел и остановился у потока Разделения, что рядом с Эриданом (территориально рекой По в Ломбардии), и ворон приносил ему туда хлеб и мясо вечером и утром, а из потока он пил (Цари, 17,5).

«Но вот исчез от засухи и этот поток (Эридан скрылся за солнцем в мае (Цари, 17, 5—7). Гремящий Пророк встал и пошел в Твердыню Срама 6 к Великому Ловцу (солнце пошло из Льва через Деву к Скорпиону),7 При входе туда он увидел вдову (оставленную солнцем Деву), собирающую себе топливо (в огне зари), и сказал ей:

«— Принеси мне немного воды в чаше напиться и дай лепешку хлеба.

«— У меня только горсть муки в кадке,—ответила она,—и немного масла. Возьму здесь два полена дров и приготовлю для себя и сына. Съедим и умрем.

«— Не бойся,—ответил ей Гремящий Пророк.—Сделай хлеб прежде для меня, а для себя и сына сделаешь после. Так говорит тебе бог богоборцев: «не истощится мука в твоей кадке и масло в твоей чаше до того дня, пока не упадет на землю дождь».


5 «Христос». Первая книга, ч. III, гл. 3.
6 צור־פות=צר־פתה (ЦР-ФТЕ=ЦУР-ФУТ)—твердыня срама царство блудодейства.
7 צידון (ЦИДУН)—рыболов, часто с эпитетом Великий и постоянно в непохвальном смысле.

«Она сделала, как он сказал, и кормилась вместе с ним и своим домом некоторое время, а хлеб и масло у нее не истощились. И вот заболел ее сын и умер (захиревший перед новолунием месяц подошел к солнцу в созвездии Скорпиона, Цари, 17, 16). Гремящий Пророк взял его из ее объятий, положил на свою постель и трижды ложился на него, взывая:

«— О, Громовержец, мой бог! Возврати душу в этого мальчика.

«И, вот, душа возвратилась в юношу.

«— Смотри!—т сказал Пророк его матери.—Твой сын жив (месяц появился вновь).

«— Теперь узнала я,— ответила она,— что ты действительно от бога и что в твоих устах слова Громовержца» (17, 24).

Не кажется ли вам. что этот рассказ для сказки слишком реален, а для реальности нелеп? Но он теряет свою нелепость, если понимать его в смысле скрытия месяца за солнцем, после его ухода из созвездия Девы, особенно если это сопровождалось затмением, как было 9 октября 348 юлианского года в созвездии Весов, и в частном виде было наблюдаемо во всей Южной Европе вскоре после восхода солнца.

Кроме того, не напоминает ли этот рассказ и евангельскую легенду о воскрешении Лазаря, хотя тот был оживлен и не таким способом? А неистощимые хлеб и масло не являются ли перво­источниками насыщения Иисусом несколькими хлебами уже не троих человек, а нескольких тысяч? Не являются ли даже эти хлебы планетами пекущимися в огне вечерней зари? Иначе, ведь, все это уже слишком нелепо.

Но проследим легенду и далее.

На третий год, когда «был сильный голод в Сторожевой стране,8 призвал царь-Дядя (Ах-аб) заведующего царским дворцом «раба Громовержца»,9 человека очень богобоязненного, скрывшего в двух пещерах сто провозвестников Громовержца по пятидесяти человек в каждой и питавшего их хлебом и вином, когда Шакалка шатра небес,10 жена царя-Дяди, истребляла пророков Громовержца.

«— Пройди по нашей земле ко всем источникам и ко всем потокам,—сказал ему царь,—и посмотри, не найдешь ли где травы прокормить наших лошадей в лошаков, чтоб не лишиться всего рабочего скота.

«Царь пошел искать одной дорогой, а заведующий царским дворцом—другой, и вот навстречу царедворцу идет Гремящий Пророк. Слуга царя дал передним на свое лицо:

«— Ты ли это, господин мой?—спросил он.

«— Я,—ответил тот,—пойди и скажи царю, что я здесь» (Цари, 18, 1—8).

«Когда царь-Дядя увидел Гремящего Пророка, он сказал ему:

«— Ты ли это, губитель богоборцев?

«— Не я гублю богоборцев,—ответил ему тот,—но ты и предки твоего отца, потому что вы презрели повеления бога Громовержца и поклоняетесь детям владыки.11 Собери ко мне в Нагорный Сад 12 четыреста пятьдесят провозвестников владыки и четыреста дубравных священнослужителей, питающихся от стола твоей жены, Шакалки шатра небес» (18, 19).


8 שמרון (ШМРУН) от שמר (ШМР),—сторожить, название Римской области (см. «Христос». Вторая книга, ч. II, гл. 4).
9 עבד־יהו (ЭБД-ИЕУ)—раб Громовержца.
10 אי־זבל (АЙ-ЗБЛ)—происходит от сочетания АЙ—волк, шакал и זבול (збул)—круговорот светил в смысле небесного жилища и просто круг верующих, circus, откуда—церковь.
Так, в пророчестве Исайя (63,15) имеем обращение к богу: ראה־זבל־קדשך (РАЕ-М-ЗБЛ-КДШК)—посмотри из шатра святого твоего. А целиком это слово, вероятно, значит Небесный Шакал. Возможно также, что ЗБУЛ обозначает Сивиллу, как прорицательницу..
11 בעלים (БЕЛИМ)—владыки, владельцы.
12 כרמל (КРМЛ)—сад.

Здесь невольно вспоминается, что и автор Апокалипсиса в послании к тиатирской церкви в Малой Азии говорит о той же шакалке:

«— Я имею немного против тебя за то, что ты позволяешь Шакалке шатра небес, называющей себя пророчицей, учитель­ствовать и улавливать своих слуг, шарлатанить и есть посвящен­ное изображениям. Я дал ей время покаяться, но она не по­каялась, и вот я повергну ее на носилки, а шарлатанивших с нею в великую скорбь, если не раскаются в своих поступках. Я поражу ее детей смертью, и узнают все, что я испытывающий сердца и внутренности» (Апокал., 2, 23).

Простое ли это совпадение имен?

Ведь автор Апокалипсиса Иоанн Златоуст в 395 г. нашей эры называет Шакалкой шатра небес (Ай-Забелью) византийскую государственную церковь, эмблематически представляя ее в виде супруги цезарей и астрально в эмблеме созвездия Гидры. Имя Ай-Забел (АИ-ЗБЛ)—того же корня, как и Сивилла,— повидимому, взято здесь из Апокалипсиса, а не перенесено в Апокалипсис отсюда. Значит и время составления библейской легенды о Гремящем Пророке (Илие) и о его ученике бого-спасателе относится не ранее, как к началу V века нашей эры, когда нарицательный смысл Шакалки шатра небес был еще достаточно памятен. Но возвратимся снова к рассказу.

«— Долго ли вам хромать на оба колена?—сказал Гремящий Пророк всему народу, сошедшемуся с шакалкаными священниками. Если Громовержец есть бог, то следуйте за ним, а если Владыка (повидимому, Сатурн, и дело идет о сатурналиях)13—бог, то следуйте за ним.

«— Пусть дадут нам двух тельцов, и пусть провозвестники Владыки выберут себе одного из них. Пусть зарежут его и положат без огня на дрова, а я сделаю то же с другим тельцом. Пусть они призовут своего бога, а я призову Громовержца».

Провозвестники Владыки 14 взяли одного тельца, приготовили его и призывали имя своего бога, от утра до полудня, но не было им ни ответа, ни отклика. Гремящий Пророк стал смеяться над ними, говоря:

«— Кричите громче! Может-быть Владыка задумался, или в отлучке, или в дороге, а может-быть и заснул!


13 Припомним в I книге «Превращений» Овидия:
«После того, как Сатурн побежденный низвергнут был в Тартар,
«Миром правление принял Юпитер, и век изменился» (1,114).
Юпитер и есть бог Громовержец.
14 בעל (БЭЛ)—здесь везде стоит это имя, значащее «повелитель», но это не планета Юпитер, которая пишется БЛ, а скорее Сатурн.

«Они стали кричать вдвое, кололи себя, по своему обыкновению, ножами и копьями, так что кровь лилась по ним, но все-таки не было ни голоса, ни звука им в ответ» (Цари, 18, 28).

И вот Гремящий Пророк взял двенадцать камней, по числу сыновей богоборца (астрализированных в созвездиях Зодиака), рассек Тельца (солнце прорезало созвездие Тельца ?) и положил его даже не на сухие дрова, а велел поливать их по четыре ведра трижды, так что вода полилась кругом Жертвенника и заполнила весь ров, сделанный кругом него. Он подошел к Жертвеннику при закате, во время вечерней зари, и сказал:

«— Услышь меня, Громовержец! Услышь меня, Громовержец! Пусть знает этот народ, что ты—бог.

«И вот ниспал огонь от Громовержца и пожрал жертву всесожжения и деревья, и камни, и землю, и воду, которая была во рве кругом Жертвенника. Это видел весь народ, и все упали на свои лица, говоря:

«— Громовержец—бог! Громовержец—бог!

«А Гремящий Пророк,—продолжает далее легенда,—привел провозвестников Владыки к потоку в Нагорном Саду и заколол их там в жертву Громовержцу» (18, 40).

Опять совершенно нелепое сказание, если это не ежегодное сожжение созвездия Тельца в огне вечерней зари в мае месяце. Как могли бы пятьдесят человек позволить одному вести себя куда-то и заколоть там? Да и дальше не лучше.

«— Пойди к морю и посмотри»,—сказал тогда Гремящий Пророк, повидимому уже спустившийся с небес на землю и вочеловечившийся на ней, своему мальчику.

Тот сходил и ответил:

«— Ничего нет.

«— Делай это до семи раз,—приказал он».

И вот, на седьмой раз юноша сказал:

«— Небольшое облачко, величиной с ладонь, поднимается с моря.

«— Пойди, скажи царю-Дяде,—ответил ему Пророк,—чтобы запрягал своих лошадей и ехал домой.

«И вот небо помрачилось от туч и полился дождь» (18,45).

Царь-Дядя сел на колесницу и поехал в божию Крепость,15 а Гремящий Пророк бежал перед ним до самого города...

Царь-Дядя пересказал Шакалке шатра небес все, что сделал в этот день Гремящий Пророк, и как он убил всех ее священно­служителей. Она рассердилась и послала своих слуг сказать ему:

«— Пусть сделают мне боги, что хотят, если я не совершу завтра с твоей душою того, что ты сделал с душою каждого из них!

«Услышав это, Гремящий Пророк, дрожа, пошел в пустыню и сел под кустом дрока, говоря:

«— Довольно мне, Громовержец! Возьми мою душу. Я не лучше моих отцов».

Он заснул от горя под кустом, но, вот, Вестник Громовержца коснулся его и сказал:

«— Встань! Поешь!»

Он увидел лепешку и кувшин воды у своего изголовья, поел, напился и опять заснул. Вестник во второй раз коснулся его:

— «Еще поешь,— сказал он ему,— потому что далека твоя дорога».

Подкрепившись снова, Пророк шел сорок дней и сорок ночей до божьей Горы, называемой Опустошителем (т. е. до Везувия), и ночевал там в пещере.

«— Зачем ты здесь?—сказал ему чей-то голос.— Поди и встань на горе. Будет буря, раздирающая скалы, но не в ней бог Громовержец; после бури будет землетрясение, но не в нем бог Громовержец; после землетрясения будет огонь, но не в нем он; после огня будет веянье тихого ветерка (19, 12): там будет бог Громовержец».


15 י-ז־רוע־אל=יזרע־אלה (ИЗРЭ-АЛ=И-ЗРУЭ-АЛ)—мышца божия.

Здесь сцена действия, как в театре после смены декораций, переносится уже явно на Везувий.

Как бы вы ни смотрели на это сказание, но вы не найдете другой огнедышащей горы, известной в древности, кроме Везувия (да Этны). Легенда говорит здесь ясно не только об астральных явлениях, на которые намекает само имя Гремящего Пророка— Илия (по-еврейски: бог Громовержец, а по-гречески Солнце, Элиос), но и о путешествии какого-то единственного по своему могуществу пророка, покровительствуемого Солнцем, с востока в Италию, к Везувию.

«Он пришел оттуда в город наследственного правления (Дар-Мешк), вероятно в Буда-Пешт или в Вену, древний Ведень,16—говорит далее легенда,—и нашел по дороге Богоспасателя (Елисея), сына Карающего Жезла, когда тот (астрономически) пахал на двенадцати парах (небесных) волов и стоял в то время при двенадцатой паре (т. е. наблюдал созвездие Рыб). Гремящий Пророк подошел к нему, бросил на него свой плащ (в символе лунного затмения в Рыбах?), и тот пошел ему служить» (19, 21).


16 דר־משך (ДР—МШК), от ДР—род, и МШК—двигать, править. А древний Ведень (теперь Вена) значит; ведающий, правящий.

Смысл этого места вполне ясен. Гремящий Пророк нашел астролога, усердно исследовавшего путь быстроходного месяца по двенадцати созвездиям Зодиака, в каждом из которых заключалось по два часа прямого восхождения светил. Эти созвездия и есть пашущие пары волов, а время определено лунным затмением в Рыбах, в двенадцатой их паре. Но из таких затмений при жизни Василия Великого было только одно: 368IX13, в 4 часа 18 минут от Гринвичской полуночи, почти полное (11" 9), при чем месяц зашел в затмении при восходе солнца во всей Европе.

Тут временно прерывается легенда об Илие и Елисее, сменяясь в «Книге Царей», где она содержится, посторонними рассказами, из которых только один имеет для нас значение, как явно астрального происхождения.

«Подле дворца царя-Дяди»,— говорит автор,— был виноградник Меркурия17 из Твердыни божией (21, 1). Царь-Дядя хотел выменять его на свой, лучший, и придать еще серебра (т. е. придворные астрологи «царя-Дяди» хотели сделать домом Солнца созвездие Девы—дом Меркурия, а Меркурию отдать дом Солнца—созвездие Льва, прибавив сюда и звездочки сребренники в созвездии Волос Вереники). Но Меркурий не согласился отдать свое наследственное владение. Увидев, что царь очень огорчился, Шакалка шатра небес, его жена (т. е. государственная церковь), подговорила старейшин города найти против Меркурия двух лжесвидетелей (Близнецов), которые показали бы перед старейшинами, что он хулил бога и царя. Его приговорили к по биению камнями (огнеметом геркулид в апреле?), побили, и царь-Дядя взял его виноградник. Но Пророк Громовержец сказал ему:

«— Ты предался тому, чтобы делать неугодное перед очами Громовержца. Поэтому так говорит он: «Я наведу на тебя беды и даже вымету за тобою пол! Я истреблю у царя-Дяди всякого мочащегося к стене... А Шакалку шатра небес съедят псы за стеною его твердыни» (22, 23).

Так неудачно окончилась чья-то астрологическая попытка сделать домом Солнца созвездие Девы, а Меркурию отдать созвездие Льва, затеянная, повидимому, уже из христианских соображений о рождении сына божия от Девы.

«Услышав такое пророчество,—оканчивает автор,— царь-Дядя разодрал свои одежды, возложил на тело вретище, долго постился и ходил печально.

«— Видишь, как смирился предо мною царь?—сказал бог Громовержец Гремящему Пророку.— За это я не наведу обещанных бед в его дни, а наведу их в дни его сына» (21, 2).

И, действительно, царь Дядя,— по дальнейшим словам «Книги Царств»—умер без приключений и над богоборцами воцарился его сын Раб Громовержца (Охозия). Но скоро он упал из окна своего дворца, занемог и послал послов к Владыке планетного круга,16 богу Истребителю (Сатурну), спросить,— выздоровеет ли он? Но они возвратились с полдороги и сказали царю:


15 נבות (НБУТ)—Меркурий. Отметим, что астрологический дом Меркурия—созвездие Девы, где находится звезда Виноградарница, и сама эта звезда лежит рядом с домом Солнца—созвездием Льва.
16 בעל־זבול (БЕЛ-ЗБУЛ)—властелин круга планет.

«— Навстречу нам вышел некто, велевший передать тебе: «разве нет бога у богоборцев, что ты посылаешь к Владыке планетного круга—богу Истребителю? За это ты умрешь на своей постели».

«— Какой вид у того человека?—спросил царь.

«— Он весь в волосах (лучах) и подпоясан кожаным поясом.

«— Это Гремящий Пророк!—ответил им царь, и послал к нему на гору пятидесятника с отрядом.

«— Богочеловек!—сказал тот, увидев его на вершине,— царь приказывает тебе: спустись!

«— Если я богочеловек,— ответил тот,—то пусть сойдет огонь с неба и пожрет тебя.

«И вот огонь сошел и пожрал посланного со всем отрядом» (11,1,10).

То же случилось и со вторым посланником и с его отрядом. А «третий пятидесятник, узнав об этом, пал сначала на кодеин перед Пророком:

«— Богочеловек!—умолял оп его, да будет не малоценна моя душа и душа этих рабов твоих перед твоими глазами!»

Тогда Гремящий Пророк сошел с вершины горы и пошел с ним к царю.

«И царь умер по его слову и воцарился вместо него Боговозвышенный (Иорам).

Считая «Боговозвышенного» списанным о Валентиниана II (375—392), мы, действительно, видим частное солнечное затмение во всем бассейне Средиземного моря 8 сентября 378 года и созвездии Девы, вскоре после смерти Валента. В полном виде оно шло через всю Сахару из Атлантического в Индийский океан и могло быть принято за пророчество смерти царя.

И вот опять действие явно переносится на небо, так как на земле не могло быть ничего подобного:

«Пророк Громовержец (в символе солнца) пошел по Орбите 17 вместе с Богоспасателем (месяцем) и сказал ему:

«— Останься здесь (т. е. в южном полушарии неба),—потому что Громовержец посылает меня в божий чертог»18 (астрально в созвездие Близнецов, где солнце поднимается всего выше).

«Но тот ответил ему:

«— Клянусь Громовержцем и моей душой! Не оставлю тебя!

«Они пришли к Чертогу бога, и вот, дети тамошних провозвестников (в символах звезд или планет?) вышли к Богоспасателю и сказали:

«— Знаешь ли ты, что сегодня Громовержец вознесет твоего господина над твоей головой (т. е. солнце в новолуние перейдет через экватор в верхнюю гемнеферу неба).

«— Знаю,—ответил оп.—Молчите!

«— Останься здесь,—сказал ему снова Гремящий Пророк,— потому что Громовержец посылает меня в город Месяца»19 (В созвездие Рака, дом луны, куда солнце идет из Близнецов).

«— Нет! Не оставлю тебя!»—сказал тот.

И вот, пришли они в дом Месяца.

«Дети тамошних провозвестников и тут подошли к Богоспасателю и сказали:

«— Знаешь?

«— Знаю,—ответил он.—Молчите!

«— Останься здесь,—сказал ему в третий раз Гремящий Пророк,—потому что Громовержец посылает меня к Реке Нисходящих (опять вниз по эклиптике).20

«— Клянусь Громовержцем и моей душой! Не оставлю тебя!—ответил снова Богоспасатель, и оба пошли к Реке Нисхо­дящих (Эридану).


17 גל־גל (ГЛ-ГЛ)— кружащийся круг, орбита планеты.
18 בית־אל (БИТ-АЛ)—чертог бога, шатер бога.
19 ירחו (ИРХУ)—от ירח (ИРХ) месяц, луна, созвездие Рака.
20 Здесь ירדן (ИРДН)—спускаться вниз, нисходить в могилу. В Талмуде его производят от сочетания ירד־דן (ИРД-ДН)—Спуск суда—Судный спуск. В астрологии, обычно, это—созвездие реки Эридана, но здесь оно далеко, и потому приходится его принять за другую реку, текущую на старинных астрологических картах от ног Колесницы (Б. Медведицы) вниз ко Льву и Деве.

«Пятьдесят из детей тамошних провозвестников (облаков) пошли за ними и встали напротив. Громовержец взял свой плащ, свернул и ударил по воде. Она расступилась на обе стороны, и они перешли реку, по-суху.

«— Проси,—сказал он Богоспасателю (в символе Месяца),— что тебе сделать, прежде чем я буду взят от тебя?

«— Пусть будет на мне вдохновение в два раза больше твоего!—сказал ему тот.

«— Многого ты требуешь,—ответил ему Гремящий Пророк,—но если увидишь меня поднимающимся от тебя, то будет так.

«И вот явилась (в утренней заре) огненная колесница, запряженная огненными конями, и понесся Гремящий Пророк (символизируемый солнцем) в вихре на небо (рис. 60, стр. 4-22).

«— Отец мой! Отец мой!—восклицал Богоспасатель.—О, богоборческая колесница и ее всадники!»

«Он схватился за свои одежды, разорвал их на две части, и не видел более своего учителя (месяц через четырнадцать дней перешел на противоположную сторону неба к Эридану). Он поднял упавший с него плащ на берегу Реки Нисходящих и ударил им по воде, со словами:

«— Где ты, Громовержец, бог Гремящего Пророка, тот самый?

«Вода расступилась на обе стороны, и он перешел через реку.

«— Дух Гремящего Пророка почил на Богоспасателе!»—сказали провозвестники Реки Нисходящих.

«Они вышли к нему навстречу и поклонились до земли.

«— У нас есть пятьдесят скороходов, пусть они пойдут и поищут твоего господина. Может-быть, дух Громовержца низверг его на вершине одной из гор, или в одной из долин.

«— Не посылайте! Не найдете!—ответил он им.

«Но они все-таки искали три дня и не нашли».

Само собою понятно, что и этот рассказ не похож ни на сказку, ни на реальность и может иметь лишь астрологический смысл: затмение луны над Эриданом перед восходом солнца. Но оно могло быть апокрифировано сюда не ранее как с затмения 16 ноября 430 года (19"4). Перед этим было лишь 22 ноября 169 г.

Кроме того, не кажется ли вам эта легенда аналогичной евангельскому рассказу о вознесении Иисуса на небо перед апостолами?

«Новому пророку,—говорит далее книга «Цари»,—стали жаловаться на смертоносность Реки Нисходящих (Эридана).

«— Дайте мне новую чашу,—сказал он,—.и положите туда соли. Он вылил чашу в воду реки (т. е. на следующее новолуние вслед за заходом солнца месяц показался в виде чашечки над зашедшим Эриданом, скрывшимся в огне вечерней зари).

«— Так говорит Громовержец,—сказал он,—не будет от нее впредь ни смерти, ни гибели!

«И стала вода этой реки здоровой вплоть до наших дней, а он пошел в Дом бога (Ясли в созвездии Рака). На дорогу к нему вышли дети (звезды Близнецов) и, насмехаясь, говорили ему:

«— Иди, плешивый! Иди, плешивый!

«Он оглянулся и проклял их именем Громовержца. И два медведя тотчас вышли из леса и растерзали сорок и два ребенка».

Вот опять известие, которое не годится ни для сказки, ни для реальности... И здесь дело, повидимому, идет просто о лунном затмении в созвездии Близнецов, когда луна стала как бы плешивой, и о тучах, налетевших туда после этого из Большой и Малой Медведиц. А такое затмение мы имеем при Иоанне Златоусте только 26 декабря 372 года, в 23 часа 11 мипут перед Гринвичской полуночью, со сверхполной фазой (16"2). Оно было превосходно видимо в средине ночи во всех странах Средиземного моря.

«Оттуда Богоспасатель пошел снова в Нагорный Сад и возвратился в Сторожевой Город (Рим)» (11,2, 1—25).

«Около этого времени,—говорит легенда,—властвовал Боговозвышенный 21 (ИЕУ-РАМ, по нашим династическим параллелизмам—Валетиниан, 375—392 гг.),—сын царя-Дяди.—Он снял статую Владыки, сделанную его отцом, но все же держался заблуждений, установленных Заступником народа (Константином I, первым царем богоборцев),22 сыном Прозорливца,23 введшим народ в заблуждение (Цари, 3, 1—3). Он пришел вместе с Божипм судьей (ИЕУ-ШАФТ), царем богославных и с царем италийским 24 к Богоспасателю, чтобы он предрек, будет ли успешна его война с туземцами (МУАБ).


21 יהו־רם (ИЕУ-РМ)—возвышенный Громовержцем в церковном тексте—Иорам.
22 ירב־עם (ИРБ-ЭМ)—заступник народа, в церковном тексте—Иеровоам.
23 נבט (НБТ)—глядеть, высматривать, в церковном переводе Новат.
24 אדום (АДУМ = АДМ)—еврейское имя Италии.

«— Еслиб я не уважал пришедшего с тобой царя богославных,—ответил ему Богоспасатель, то даже и не взглянул бы на тебя и не увидел бы тебя! А теперь подайте мне гуслиста».

И пока гуслист играл, он говорил:

«— Делайте на этой долине рвы за рвами! Вы не увидите ни ветра, ни дождя, а долина будет полна воды для вас и вашего скота» (Цари, 3, 14—17).

И он умолк, ничего не сказав более.

«И, вот, когда утром солнце засияло над водою реки, она показалась туземцам красною, как кровь.

«— Это,—сказали они, —цари сразились друг с другом. На добычу, туземец!» (3, 12).

«Но богоборцы, внезапно вскочив, стали их бить, вступили в их землю, разрушили города, закидали камнями все хорошие поля, запрудили все протоки вод и срубили лучшие деревья. Царь побежденных, в отчаяньи, взял своего сына первенца и принес его в жертву всесожжения на городской стене. Тогда поднялся сильный «гнев» на богоборцев, они отступили и возвратились в свою землю» (3,22—27).

И тут без астрологии не получается никакого смысла. Я отмечу, что созвездие Реки Эридана погружается каждый год в марте в кровь вечерней зари, и после этого на стене неба появляется Персей с отрубленной головой Медузы в руках. А под выражением «гнев» на богоборцев можно заподозреть или комету, или огнемет метеоритов.

Труднее поддается объяснению следующее сказание:

«Около того же времени,—продолжает автор,—одна вдова из пророческой семьи, у которой заимодавец хотел взять в рабство сыновей, если она не уплатит долгов умершего мужа, пошла просить Богоспасателя о помощи.

«— Что у тебя есть в доме?—спросил он.

«— Ничего, кроме кувшина с маслом.

«— Пойди и набери как можно больше кувшинов у соседей, запри за собою дверь и наливай в них из твоего кувшина.

«Она сделала по его слову и наполнила маслом много кувшинов. Она заплатила, продав масло, все свои долги, и жила на остатки со своими детьми».

Астрологического смысла здесь не видно, но не аналогично ли это сообщение евангельскому насыщению тысяч народа несколькими хлебцами?

А далее мы находим совсем уже удивительное сообщение:

«Богоспасатель (Елисей),—говорит автор,—сказал одной сунамитянке, которая принимала его в своем доме:

«— Через год в это самое время ты будешь обнимать сына».

Она тотчас стала беременной и родила сына в то самое время, как предсказал ей пророк. Ребенок вырос, пошел к отцу на жнитво, но вдруг воскликнул:

«— Голова моя, голова моя!

«Слуга отнес его к матери, и он умер до полудня на ее коленях» (4, 16—20).

«Она пошла и положила его на постель, где обыкновенно ночевал у них в доме богочеловек (АЙШ-АЛЕИМ), оседлала ослицу и сказала слуге:

«— Иди и веди! Не останавливайся, пока не скажу тебе.

«Она приехала к Нагорному Саду и ухватилась за Бого­спасателя. Слуга его, по имени Низина Прозренья 25 хотел оттолкнуть ее, но богочеловек сказал ему:

«— Оставь! У нее душа огорчена, а Громовержец скрыл от меня—чем» (Цари, 4,27).

Женщина рассказала ему все.

«— Возьми мой посох в свою руку,—сказал он слуге,—опояшь свои бедра и беги. Если встретишь кого, не приветствуй, и если кто будет тебя приветствовать, не отвечай! Положи мой посох на лицо ребенка» (4,29).

Слуга побежал впереди обоих и сделал, как ему сказали, но не было ни голоса, ни послушания от ребенка. Он возвратился к ним, когда они были еще на полпути, и сказал:

«— Не пробуждается.

«Пророк пришел, вошел в комнату и запер за собою дверь. Он помолился Громовержцу, лег на ребенка (т. е. сделал то же самое, что и его учитель Гремящий Пророк в начале этого рассказа)26 приложил свои губы к его губам, свои глаза к его глазам, свои ладони к его ладоням. Согрелось тело ребенка, и тогда, пройдя взад и вперед по комнате, богочеловек снова лег на него. Семь раз чихнул ребенок и открыл свои глаза. Пришла его мать, упала к ногам Пророка, поклонялась ему до земли, и он возвратился к Орбите»27 (II Цари, 4,38).


25 גי־חזי (ГИ-ХЗИ)—дол прозренья (גיא־חזי)
26 См. выше, а в Библии I Цари, 17, 21.
27 גל־גל (ГЛ-ГЛ)—кружащееся колесо, орбита, раскат грома.

Мы видим здесь, как вышеприведенная астральная легенда о возрождении месяца после закрытия его солнцем вдруг была метаморфозирована каким-то дальнейшим пополнителем в такой курьезный способ лечения потерявших сознание. Но очень может быть, что он и употреблялся в древности в этих случаях, так как совершенно такой же поступок совершил, как мы видели выше, и Гремящий Пророк (Илия). Я думаю, что дело идет о покрытии месяцем одной из крупных звезд.

А вот, в дополнение к этому, еще очень простой способ и для излечения отравленных.

«Был голод на земле,—продолжает автор.—Один из пророческих сынов пошел в поле, нашел дикое вьющееся растение и набрал с него полный подол плодов. Пророческие дети накрошили их в котел с похлебкою, но, поевши, вдруг закричали (от боли в животах):

«— Богочеловек! Смерть в этом котле!»

А он всыпал в котел простой муки и сказал:

«— Теперь наливайте и ешьте без вреда!

«И вот в котле не стало ничего ядовитого» (4,41).

Аналогично неистощимому маслу Гремящего Пророка, мы находим то же и здесь.

«Некто пришел от троевластника и принес богочеловеку из начатков своего хлебного сбора двадцать маленьких ячменных хлебцев и небольшой мешечек сырых зерен.

«— Отдай их людям, пусть они едят!—сказал Пророк своему слуге.

«— Что я дам тут ста человекам?—спросил тот.

«— Отдай,—повторил Богоспасатель,—наедятся и еще останется!

«Слуга роздал всем, и все наелись досыта» (4,44).

Вы видите, что случилось почти совершенно то же, как было и в легенде о христианском спасателе! А вот, теперь идет и еще рассказ, напоминающий евангельский, который я уже приводил во второй книге, но напомню и здесь.

«У царя горцев был великий военачальник, очень уважаемый, но прокаженный, по имени Приятный (НЭМН). Маленькая девочка, из богоборческих пленниц, служившая его жене, сказала ей:

«— О, еслиб господин мой побывал у Пророка в моей стране! Он тотчас снял бы с него проказу (II Цари, 5,1—3).

«Полководец передал это своему властелину, и тот отправил его к царю богоборцев с письмом:

«— Посылаю к тебе моего слугу, чтобы снять с него проказу.

«Разодрал царь богоборцев свою одежду, получив такое письмо.

«— Разве я бог, оживляющий мертвых?—сказал он.—Знайте все и смотрите зорко: он подкапывается под меня!

«Но Богоспасатель послал к нему сказать:

«— Зачем ты разорвал свое платье? Пусть он придет ко мне и узнает, что есть Пророк у богоборцев.

«Когда полководец горцев на своих конях и колеснице остановился у входа в его дом, Богоспасатель выслал к нему своего слугу сказать:

«— Пойди, омойся семь раз в реке Эридане (теперь река По в Ломбардии), и твое тело обновится».

Я опять спрошу читателя: не напоминает ли ему это место легенды об исцелении христианским спасателем прокаженных и о купели Силоамской? Но вот тут и дополнение к ней, которого нет в Евангелии:

«Разгневался полководец.

«— Я думал,—сказал он,—что Пророк встанет передо мною, призовет имя Громовержца, своего бога, возложит руку на прокаженное место, и спадет с него проказа. Не лучше ли всех богоборческих рек Дар-Мешские реки Абва и Фарфар?28 Разве я не мог бы омыться в них?


28 אבנה (АБНЕ) = אמנה (А МНЕ) от אבן (АБН)—камень, а פר־פר (ФР-ФР) считают за современный небольшой ручеек по имени Авадж близ Дамаска. Но трудно допустить, чтобы он был лучше всех других рек...

«Он повернулся и пошел в гневе прочь. Но его слуги сказали ему:

«— Отец наш! Разве ты не сделал бы чего-нибудь поважнее этого, если бы сказал тебе Пророк? А ведь он сказал тебе только: омойся и будешь чист!

«Он пошел, окунулся семь раз в реке Эридане, как велел ему богочеловек, и обновилось его тело, как тело маленького ребенка.

«Он возвратился к Пророку и сказал ему:

«— Теперь я узнал, что нет бога на всей земле, кроме бога богоборцев! Прими дары от твоего слуги» (5,15).

Но Богоспасатель не согласился взять что-либо, и он поехал домой. А Низина Прозренья, слушая Пророка, побежал за ним и сказал:

«— Мой господин послал меня передать тебе, что к нему пришли с Аф-Римской горы два молодых человека из пророческих детей. Дай им талант серебра и две перемены одежд.

«Полководец дал ему два таланта и два кошелька, кроме двух перемен одежды, а слуга спрятал их у себя. Богоспасатель спросил его:

«— Откуда ты, Низина Прозренья?

«— Я никуда не ходил,—ответил тот.

«— Присутствовало мое сердце в том месте, где поворотился к тебе тот человек со своей колесницы,—ответил ему Богоспасатель.—Время ли теперь брать одежды и серебро, или масличные сады и виноградники, мелкий и крупный скот, рабов и рабынь? Пусть же его проказа пристанет тебе и твоему потомству навек!

«И вышел от него слуга весь прокаженный, как снег» (5,27).

Затем Богоспасатель произвел еще чудо, хотя и кажущееся сравнительно простым, но все же не менее поразительное для современного физика:

«У одного из пророческих детей, когда он рубил деревья для дома на берегу Эридана, упал в глубину воды топор».

Как было его достать?

Оказалось, что не нужно было даже и нырять за ним. Богоспасатель отрубил ветку от одного из срубленных этим топором бревен, бросил в воду, и вот, топор тотчас же всплыл к ней (6,6). Само собою понятно, что после этого о всеведении Пророка распространилась такая громкая слава, что когда царь горцев захотел идти воевать с богоборцами, то один из слуг счел долгом предупредить его:

«— Пророк, живущий у них, пересказывает своему дарю все, что ты тайно приказываешь войскам, и потому богоборцы не попадут в твои засады.

«— А где он теперь?—спросил его царь.

«— На Горе Закона (Везувии).

«Царь послал туда коней, колесницы и большое войско, и вот, встав утром, слуга Богоспасателя увидел, что гора окружена.

«— Увы, господин мой!—сказал он.—Что нам делать?

«— Не бойся,—ответил ему тот.—Тех, кто с нами, больше, чем тех, кто против нас».

И тотчас после этих слов Громовержед открыл слуге глаза, и он увидел, что вся гора кругом наполнена огненными конями и колесницами.

«Горцы подошли к ней, но Громовержец поразил их ослеплением.

«— Это не та дорога и не тот город,—сказал им сошедший к ним Пророк.—Идите за мною, и я провожу вас к тому человеку, которого вы ищете».

А вместо того он привел их в засаду к царю богоборцев.

«— Громовержец! Открой им глаза!—сказал он.

«И вот, они увидели, где находятся.

«— Не перебить ли мне их, отец мой?—спросил его царь богоборцев.

«— Убиваешь ли ты мечом и луком своим тех, кого взял в плен?—ответил ему Пророк.—Предложи им лучше хлеба и воды, и пусть идут к своему царю.

«Он приготовил им большой обед, и с тех пор горские полчища не ходили более против богоборцев» (Цари, 6,24).

Так эффектно заканчивается новое чудо богочеловека. Однако, в следующей же строке утверждение автора, будто горцы никогда более не нападали на богоборцев, совершенно опровергается :

«После этого Сын Клича,29 царь горцев,—говорит новый продолжатель этого сборника легенд,—собрал все свое войско и осадил столицу богоборцев. В ней начался большой голод, так что ослиная голова продавалась по 80 сиклей серебра и четверть каба голубиного помета по 5 сиклей...

«— Помоги мне, государь, мой царь!—с плачем сказала царю богоборцев (повидимому, боговозвышенному Иораму) одна женщина, когда он проходил по стене.—Моя соседка сказала мне: «давай съедим сегодня твоего сына, а завтра—моего!». Мы сварили и съели моего сына, а теперь она спрятала своего».

Разодрал царь свои одежды, и тут все увидели, что на его теле была власяница.

«— Пусть сделает мне бог все, что хочет, и еще больше того,—воскликнул он,—если сегодня останется голова на плечах Богоспасателя (за то, что не выручает)» (Цари, 6,31).

Но, прежде чем пришел посланный от царя в дом, где вместе со старшинами сидел богочеловек, тот сказал:

«— Вот идет посланник сына убийцы, чтобы снять с меня голову, а вот топот ног и самого пославшего.

«Еще не кончил он, как оба вошли.

«— Выслушайте слово Громовержца!—сказал им Пророк.— Завтра у ворот столицы, в это самое время, мера самой лучшей муки будет стоить только сикл и столько же две меры ячменя.

«— Уж не сделает ли Громовержец окно на небе (чтобы сыпать вниз хлеб)?—сказал сановник, на руку которого опи­рался царь.—Может ли это быть?

«— Увидишь своими глазами,—ответил ему Богоспасатель,—но только не будешь есть» (Цари, 7,2).

И вот, в сумерки того же дня четверо прокаженных, сидевших за воротами города, встали, говоря:

«— В городе голод, и мы в нем умрем, а если будем сидеть здесь, то тоже умрем. Спустимся лучше в стан горцев, и если там оставят нас в живых, то мы будем жить. А то умрем!»

Они пришли к краю стана, и вот, там нет ни одного человека... Громовержец сделал так, что войску послышался стук колесниц, ржание коней и шум большого войска.

«— Верно царь богоборцев нанял против нас готских 30 и миц-римских царей,—сказали они и побежали в сумерки, оставив свои шатры, ослов, коней и весь стан, как он был, спасая лишь самих себя» (Цари, 7,7).

«Прокаженные пили и ели, взяли серебра, золота и одежд, спрятали их, и, возвратись, передали эту весть через привратника столицы в царский дворец» (7,11).

Царь (боговозвышенный Иорам, соответствующий Валентиниану II) подумал, что это военная хитрость горцев, и послал две колесницы с конями вслед за их войском. Колесницы доехали до Эридана, и вся дорога туда была усыпана вещами и одеждами, брошенными второпях.

Посланные возвратились, донесли об этом царю, народ вышел из города, разграбил стан горцев, и мера муки и две меры ячменя стали продаваться по сиклю, как обещал Пророк (7,16).

«А сановника, который сказал Пророку: «может ли это быть?», растоптал в воротах теснившийся народ» (7,19).


29 בן־הדד (БН-ЕДД), где БН значит —сын, а ЕДД—клик, шум.
30 גת (среднее между XТ и ГТ), по смыслу ужасный.

Еще дальше мы видим и предсказание о грядущем могу­ществе Австрии, так как во второй книге «Христа» я уже пока­зывал, что под городом династического правления Дар-Мешком надо понимать Буда-Пешт (или Вену).

«Богоспасатель раз пришел в этот город, когда властелин (тирольских) горцев был болен (II Ц., 8, 9). Царь прислал к Пророку своего слугу Прозорливца (Аза-Ила)31 с дарами, узнать, выздоровеет ли он, но Богоспасатель, уставивши на слугу свое лицо, долго молча плакал.

«— Отчего плачет мой господин?—спросил его Прозорливец.

«— Оттого, что я знаю, какое зло натворишь ты детям богоборца,—ответил тот.—Ты предашь огню их крепости, умертвишь их юношей и размозжишь их грудных детей... Громовержец указал мне в тебе будущего даря Нагорной Страны (Тироля) (Цари, 8,12). Поди в скажи твоему господину, что он выздоровеет, хотя я знаю, что он умрет» (II Цари, 8,10).

Тот пошел и сказал это, но на другой день, когда царю стало лучше, Прозорливец намочил в воде одеяло, положил на его лицо и, умертвивши, воцарился вместо него (II Ц., 8,15).

«— Подпояшь бедра свои.—сказал после этого Пророк одному из своих учеников, возьми этот сосуд с маслом, иди на высоту Холма Свидетельства 32 и отыщи там человека по имени Сущий (ИЕУА) (хронологически налегающий на Феодосия Великого), сына Суда, сына Избавления.33 Вели ему выйти из средины его братьев, введи во внутреннюю комнату и, вылив масло на его голову, скажи: «по слову Громовержца—помазываю тебя в цари богоборцев!» Потом отвори дверь и беги без оглядки» (II Ц., 9,1—3).

Мальчик пошел и сделал так.

Тогда Сущий (Феодосий Великий) со своими воинами тотчас же поехал верхом захватить Город бога,34 где лежал больной царь Боговозвышенный (Иорам), и куда пришел также и Богодержавный (Охозия), царь богославных, соответствующий кратковременному Евгению, преемнику Валентиниана, посетить его.


31 חזה־אל (ХЗЕ-АЛ)—прозорливец бога.
32 רמת־גלעד (РМТ-ГЛЭД) от רמות (РМУТ)— высота и ГЛЭД—холм свидетельства. יהוא (ИЕУА) вместо יהו־או (ИЕУ-АУ)— воля Громовержца или просто местное произношение слова יהוה (ИЕУЕ)—Иегова, бог Громовержец.
33 יהו־שפט (ИЕУ-ШФТ)—божий судья. נמשי (НМШИ)—спасенного от опасности (по Зандерсу).
34 יזרע־אל (ИЗРЭ-АЛ)—принадлежащий семейству бога.

Здесь, как мы видим, характеристика библейского Богоспасателя сильно расходится с характеристикой евангельского Христа. Тот не принимал—по евангелиям—никакого участия в войнах и в политике, а этот даже помазывает на царство бунтовщика и низвергает двух царей, как видно из следующей легенды. Это более похоже только на Иоанна Златоуста, автора Апокалипсиса, под влиянием которого Феодосий Великий истреблял многобожнические культы. А вот и те черты, которые сближают Сущего с Феодосием Великим, помимо их одновременности. Феодосий, родившийся в 346 году, составил себе,— говорят нам,—еще в молодости репутацию талантливого стратега. В 378 году готы, в битве при Адрианополе, уничтожили войска Валента, который погиб во время бегства, после чего вступил на престол Грациан, соправителем которого на Востоке сделался Феодосий. Но Максим,—продолжают греческие историки,—низложив Грациана, хотел низложить и Валентиниана, но был разбит Феодосией при Сисции. Потом франк Арбогаст убил Валентиниана и преемником его провозгласили Евгения. Однако, Феодосий разбил и его при Аквилее и стал единовластным над всей империей. Он жестоко подавлял ариан и многобожников и в 392 году издал эдикт, безусловно запрещающий все многобожные культы. Умер он в 395 году.

Посмотрим же, как отразилось это в библейской апперцепции.

«Страж, стоявший на башне божьего Города,—говорит книга «Цари»,—увидел полчище Сущего (Феодосия) и поднял тревогу.

«— Возьми всадника,—сказал ему царь богоборцев,—и пошли спросить: с миром ли?

«— Что тебе до мира?—ответил посланнику новый помазанник, когда тот подъехал.—Поворачивай за мной!

«Страж донес, что посланник не возвращается. Царь послал другого, но и с ним произошло то же. Страж снова донес дарю и добавил, что это должен быть Сущий, который водит свои войска необычным строем.

«— Запрягайте!—сказал царь богоборцев и выехал сам навстречу войску, вместе с Богодержавным, царем богославных. Он встретил Сущего на поле Меркурия из божьего Города.35

«— С миром ли?—спросил он.

«— Какой может быть мир при распутстве Шакалки шатра божня, твоей матери, и при множестве ее волхвований?

«Боговозвышенный (Иорам) повернул свою колеснпцу назад и закричал:

«— Измена, Богодержавный!

«А в это время стрела Сущего пронзила его между плеч, прошла в сердце, и он упал на колени в своей колеснице.

«— Брось его на этом поле!—сказал Сущий своему санов­нику Сыну Пронзения.36 Вспомни, как изрек Громовержец, когда мы с тобою ехали здесь позади царя-Дяди: «Я отомщу тебе, царь-Дядя, на этом поле!»

Он погнался и за Богодержавным (Охозией) и ранил его на возвышенности Львенка,37 при Потоке народа.38 Тот добежал до Города Славы 39 и умер.

«Когда Сущий приехал в божий Город, Шакалка шатра; небес насюрмила свои глаза, украсила свою голову и спросила его, глядя из окна:

«— Все ли благополучно, певец,40 убийца своего государя?

«Он поднял лицо к ее окну и сказал:

«— Кто там за меня? кто?

«Оттуда выглянули три евнуха.

«— Выбросьте ее!—сказал он им.


35 חנבות (НБУТ)— Меркурий.
36 בדקר (БДКР) == בן־דקר (БН-ДКР)—сын Пронзающего (по Штейнбергу).
37 גור (ГУР) —львенок.
38 ובל־עם (ИБЛ-ЕМ)—поток народа.
39 מגדו (МГДУ)—славный, от арабского МГД.
40 זמרי (ЗМРИ) —певец, музыкант.

«Они выбросили ее из окна так, что кровь ее хлынула на стену и на коней. Он проехал по ней, потом напился, наелся и сказал (II [III] Цари, 1—37):

«— Отыщите эту прокаженную и похороните, потому что она все же царского рода.

«Но от нее не нашли ничего, кроме черепа, ног и рук: ее съели собаки. Таково было слово Громовержца, изреченное через Гремящего Пророка, на поле надела божия:

«— Съедят псы тело Шакалки небесного шатра и будет ее труп как навоз, так что никто не скажет: «это Шакалка шатра божия» (см. I [III] Царей 21,23).

«Сущий разбил статую Властелина (БЭЛ), разрушил его храм и сделал из него отхожее место, существующее и до сего дня, но все же не отказался от ереси Иеровоама, который ввел в грех богоборцев: от золотых тельцов в божьем доме и от тех, что в доме Суда» (II Ц., 10,29).

«А мать Богодержавного, царя богославных (Эталия),41 видя, что умер ее сын, истребила все царское племя и стала царствовать сама (11,1). Но сестра Богодержавного спасла одного из его сыновей, называвшегося Божий Огонь (Иоаш), и скры­вала его семь лет в доме Громовержца.

«По истечении этого времени, священник Богослав роздал пришедшим к нему сотникам с их людьми копья и щиты царя Пыла (Давида), бывшие в храме. Скороходы, каждый с оружием в руке, встали от правой до левой стороны храма у жертвенника, а Богослав вывел к ним царского сына и возложил на него венец. Его помазали на царство с криками:

«— Да здравствует царь!

«Эталия, услышан голоса бегущего народа, пошла в дом Громовержца, и, вот, стоит там царь по обычаю у столба, князья и трубачи рядом с ним, и веселится весь народ.

«— Заговор, заговор!—закричала она и, разодрав свои одежды, побежала обратно через конский ход к царскому дому, где и была умерщвлена» (II Цари, 11,16).

А народ пошел в дом Владыки, разрушил его изображения и убил дароносца,42 его жреца, перед его жертвенником (11,18).

Так перемешивается легенда о библейском пророке Богоспасателе (Елисее) с астральными явлениями и с политической жизнью того времени. В этой легенде Богоспасатель рисуется не только врачом и пророком, предрекающим будущее, но также и заговорщиком, низвергнувшим посредством инспирированного им полководца Сущего двух земных царей: Боговозвышенного, царя богоборцев (Иорама), у стен божьего Города, вместе с его матерью Шакалкой шатра небес, и Богодержавца (Охозию), царя богославцев, после которого будто бы воцарилась его мать Эталия, истребившая все царское племя, но потом погибшая сама от руки первосвященника, воцарившего Божий Огонь (Иоаса).

Потом придворные убили и самый Божий Огонь, а у богоборцев, будто бы, воцарился новый Богодержавный 43 (Иоахаз), придерживавшийся иеровоамовой ереси, а после него будто бы и еще новый Божий Огонь (Иоас), не отступивший от той же ереси. При нем Богоспасатель смертельно заболел, и Божий Огонь пришел к нему с плачем, восклицая:


41 עתליה (ЭТЛИЕ)—значение непонятно.
42 מתן (МТН)— дароносеп.
43 יהו־אחז (ИЕУ-АХЗ)—богодержащий.

«— О, мой отец! О, богоборческая Колесница и ее всадники!

«А пророк ему сказал:

«— Положи свои руки на лук, отвори окно на восток и выстрели!

«Тот выстрелил.

«— Это стрела твоей победы над горцами,—сказал Богоспасатель.—Теперь возьми стрелы и бей ими по земле.

«Царь ударил три раза и остановился.

«— Надобно было бить пять или шесть раз!—с гневом воскликнул богочеловек.—Тогда ты совершенно побил бы горцев, а теперь разобьешь только три раза!»

Тут пророк умер, но его кости сделались потом животворными.

«Когда погребали одного человека, то, испугавшись метнувшейся толпы, бросили его в гробницу этого пророка, и вот умерший, коснувшись его костей, воскрес подобно тому, как по христианскому преданию ожил еврейский мальчик, коснувшись вырытого из земли креста, на котором был распят христианский богочеловек и Богоспасатель. А Божий Огонь три раза разбил горцев и взял у их царя Бен-Адада города, отвоеванные им у своего отца» (II Ц., 13,25).

Таковы рассказы, находящиеся в библейской книге «Цари», принимавшиеся когда-то историками древней жизни человечества за основной фундамент всей «древней истории ближнего Востока». Все эти «чудеса» тщательно переписывались вплоть до самого конца XVIII века даже и в светских «всемирных историях», а теперь они сообщаются только в «священных историях христианских стран», да и то с оговорками, что в них присутствует «некий сокровенный смысл». В последнем утверждении теологи оказались правы, так как смысл многих таких рассказов, действительно, до сих пор был «сокровен», скрыт за семью печатями,  особенно для незнающих астрономии, геофизики, геологии, сравнительной лингвистики, психологии и других современных наук. Но он не так уже сокровен для знающих науки, чтоб нельзя было его расшифровать.

Если легенды о Гремящем Пророке (Илие): и можно принять почти целиком за чисто астрономический миф о Элиосе-Солнце, то миф о Богоспасателе (по-еврейски Ал-Ише, а в греческом произношении—Елисее), на которого бог Солнце бросил будто бы свой плащ, только в некоторых случаях можно принять за чисто астральный. Конечно, о начале и этого мифа можно сказать, что если Илия—солнце, то спутник его Елисей—есть месяц, и брошенный на него солнцем плащ—это солнечная тень во время лунного затмения над созвездием реки Эридана, однако, точно определить время по одному этому указанию невозможно. Затмения такого рода бывают каждое столетие.

Да и некоторые детали обоих сказаний еще не совсем ясны.

Кто такой слуга этого Елисея-Месяца Низина Прозрения,44 на которого он наложил проказу исцеленного им военачальника? Уж не бурое ли затмение луны?—Кто такой и сам военачальник царя Сына Клича (Бен-Адада), по имени Приветливый, исцелившийся после семикратного погружения в Реку Нисходящих?


44 גי־חזי (ГИ-ХЗИ)—дол прозрения.

Основное требование при чтении всех древних собственных имен—это отыскать их значение, так как в древности не было еще интернациональных имен, в роде наших, а только осмысленные прозвища на своем языке. Но это иногда очень трудно сделать. Я пользовался здесь отчасти словарем Cruden'а, приложенным к The English Version of the polyglot Biblie в издании S. Bagster'а в Лондоне, а также и огромным томом S. Mandelkern'a: Veteris Testamenti Concordanciae Hebraicae atque Chaldeicae. Lipsiae (1897 года). Я пользовался, кроме того, словарем О. Штейпберга: еврейский и халдейский этимологический словарь к книгам ветхого завета (Вильна 1878 года); книгой Fabre-D'Olivet: La langue hebraïque restituée et le véritable sens des mots hébreux retabli et prouvé par analyse radicale. (Paris. 1815) и словарем V. Gesenius'a: Hebräisches und aramäisches Handwörterbuch (Leipzig. 1915). И часто выходило, что определяющиеся по ним значения совершенно не подходят для реальных людей при их жизни.

Действительно, мы знаем русские имена: Любовь, Людмила, Надежда, Святослав, Лев; знаем. французские—Роза, Маргарита; знаем греческие: София—премудрость, Алексей—мужественный; знаем латинские: Виктор—победитель, Дора—золотая; но никогда мы не слыхали, чтобы какая-нибудь мать назвала свою дочь Ведьмой, Дурой, Рожей, а сына Драконом, Змием или Чортом. Да и как они сами, выросши, стали бы откликаться на подобные имена, даже и не будучи царями? Это невозможно психологически, а при исторических исследованиях вернее и надежнее считаться с очень медленно изменяющейся психикой людей, чем с их капризно-изменчивыми и большею частью тенденциозными сообщениями. Такого рода названия царей и деятелей, как приводимые часто в Библии, могут быть только кличками, данными людям за какие-нибудь их качества. Это прилагательные к настоящим именам действующих лиц, в роде, например, прилагательного Грозный к царю Ивану, или Короткий—к королю Пипину.

Но если это так, то и остальные царские и другие имена в библейских книгах с похвальным значением в роде, например, имени первого царя иудаистов—Ровоам (что значит: распространитель народа), или имени отделившегося от него первого царя богоборцев—Иеровоам (что значит: заступник народа) являются не данными им от рождения, а опять только посмертными прозвищами. Это то же, что прибавить слова Великий к Карлу I, Благочестивый к немецкому Георгу и Завоеватель к английскому Вильгельму.

Ни за одно из древних национальных имен серьезный исследователь не может поручиться как за настоящее имя обозначенного ими лица. Нужно было полное незнание еврейского языка, чтобы построить на них в течение средних веков целые династии царей «избранного народа божьего», разделившегося, подобно Римской империи со времени Константина I, на два царства, то соединявшиеся друг с другом, то воевавшие друг против друга.

И нужно было, как я уже показал во второй книге «Христа», полное пренебрежение геофизикой и политической экономией для того, чтобы поместить их в Палестине, со всеми их соседями, И я опять здесь повторяю то, что говорил и ранее.

Взгляните только на эту карту, как она прилагается в современ­ных географических атласах. Вот, например, воинственное племя Завулона, живущее, как сказано в Библии, «на берегу моря, при корабельной пристани с границей до Сидона». (Бытие, 49,13) (Рис. 61).


Рис. 61. Воображаемое распределение двенадцати народов в «Стране кочевников»
(Палестине по-еврейски. Со старой церковной карты).

 

Как вы думаете: велика его территория? На хорошей лошади вы проедете поперек нее в два часа, а вдоль—в четыре. Она не более 25 верст в ширину и 50 верст в длину, да кроме того там нет и никакой «корабельной пристани». Этот клочок земли нигде не прилегает к морскому берегу, а по своей природе может иметь лишь редкое небогатое население. То же самое и относительно других одиннадцати племен богоборцев.

И я опять спрашиваю, как в конце второй книги «Христа»: какой наивный ребенок разрисовал и разграничил на участки по мифическим «племенам» узкий клочок земли между морским берегом и несудоходной рекой Шериат-Эль-Кебире, этим лже­Иорданом, вытекающим из поросшего сплошь тростником озера Бар-Эль-Гуле и впадающим через двести верст в Мертвое море, ни малейшего намека на существование которого нет ни в Библии, ни в Евангелии? И какие детски-доверчивые души тщательно перерисовывали все это до сих пор, ни разу не подумав, что ведь это игрушечная, а не реальная география?

Вся история древне-еврейского народа—один мираж средне­вековья. -Действительную разгадку библейских хроник найдет только тот, кому удастся привести их, как пытаюсь и я, в связь с историей Рима и Византии в начале средних веков.


назад начало вперёд


Hosted by uCoz