Н.А.Морозов / «Христос». 4 книга. / ЭПИЛОГ /


ГЛАВА II.
ЗАВЕДОМЫЕ РУИНЫ КРЕСТОНОСНОЙ ФРАНЦИИ НА ВОСТОКЕ.

 

Франкские княжества Сирии, — говорят нам историки, — разделенные на лены, быстро покрылись к половине XII века замками, церквами и монастырями. Их религиозные памятники, по словам Рея, принадлежат романской архитектурной школе, но со значительными изменениями под византийском влиянием, причем они во многом получили как «раз тот оттенок, который мы привыкли приписывать античной древности». То же повторилось и с укрепленными замками, из которых некоторые (например, Маргат, Крак, Тортоза), были исполинских размеров, так как величиной они вдвойне превосходят самые обширные Французские замки вроде Coucy или Pierrefonds. Строившие их архитекторы, повидимому, взяли за образец крепости, построенные в XI и XI! вв. в западных пределах Франции, в бассейнах .Луары и Сены; но они заимствовали от византийцев двойную ограду, сторожевые башни из камня и громадные каменные откосы, утраивающие толщину стен при основании, а также и некоторые оборонительные укрепления, предназначенные заменить французский «донжон» — башню.

«Большая часть замков иоаннитов в Сирии принадлежала именно к этому франко-византийскому типу. У тамплиеров был свой тип построек, более сходный с сарацинским. У тевтонских рыцарей также была своя архитектура: их главная крепость Монфор или Штаркенберг не что иное как замок с берегов Рейна, перенесенный на почву Сирии».

Так говорит нам Рей в своем исследовании «О военной архитектуре в Сирии и на Кипре во время крестовых походов».1


1  G. Rey: «Etudes sur les monuments de l'architecture militaire en Syrie et dans l'ile de Chypre».

А есть ли хоть в одной из летописей, — спрошу я, — описание постройки этих сооружений? Читатель не найдет нигде; есть подробности только их взятия, да и то не всегда.

Возьмем, как пример, хоть «Крак рыцарей» (рис. 161), потому что он и теперь еще находится почти в таком же состоянии, в каком оставили его рыцари святого Иоанна в апреле 1271 г. Нехватает только нескольких зубцов на стенах, да некоторые своды обрушились, целое же сохранило величественный вид, дающий путешественнику очень высокое понятие о материальных средствах ордена, воздвигшего это здание.


Рис. 161. Рыцарская крепость Калаат-Эль-Госи, «Крак рыцарей»  летописцев (по Ланглуа).

На одной из вершин, господствующих над ущельем, которым долина Оронта сообщается с бассейном Средиземного моря. — говорит Рей, — возвышается Калаат-Эль-Госи. Таково нынешнее название крепости, которую мы встречаем у летописцев крестовых походов под именем Крака, или Крака рыцарей.2


2 В Сирии несколько крепостей носят название Крак, или Карак: это — Крак рыцарей, Крак-де- Монреаль и Крак или Petra Deserti. Это имя носят и несколько селений, построенных на пригорках.

Будучи первостепенной военной позицией, командующей над дефиле, через которое проходят дороги из Гомса и Гамаха в Триполи и Тортозу, эта крепость могла также служить прекрасной операционной базой для армии, действовавшей против владений султанов Гамаха. В то же время Крак, — вместе с замками: Аккар, Аркас, Сарк, Арейме, Яммур, Тортоза, Маркаб и с башнями и второстепенными постами, соединявшими эти различные укрепления, — составлял оборонительную линию, предназначенную защищать былое Триполийское графство от вторжения мусульман, оставшихся господами наибольшей части восточной Сирии.

С высоты стен взор обнимает на востоке озеро и часть течения Оронта. За ними расстилаются вдалеке беспредельные равнины пальмирской пустыни. К северу возвышаются горы Ансарие, а на западе, за Субботней долиной (теперь Нахар-Эз-Сабт) виднеются богатые и плодоносные долины, и еще далее, на горизонте, сверкают волны Средиземного моря. На юге обе цепи Ливана и Антиливана обозначают свои крупные вершины, покрытые снегом. Ближе к востоку, у подножия замка, зеленым ковром расстилается равнина Букейе-Эль-Госн, Бокея летописцев.

Различные авторы, как христианские, так и арабские, писавшие историю крестовых походов, часто упоминают об этом замке; первые называют его Крак, а вторые — Госи-Эль-Акрад, от арабского слова «акрад» (курд).

Граф Сен-Жиль, овладев Тортозою, предпринял в 1102 г. осаду бывшего тут курдского замка, но оставил ее, и мы не знаем, в какую эпоху французы заняли эту позицию. Только одно место у Ибн-Феррата заставляет думать, что это случилось около 1125 г. С того времени Крак был, кажется, простым леном, имя которого носили его обладатели до 1145 г., когда Раймунд, граф триполийский, уступил его иерусалимским иоаннитам.

Чем был замок в ту эпоху? Это — вопрос, на который невозможно ответить. Мы знаем только, что ему пришлось много пострадать от нескольких землетрясений, особенно в 1157, 1169 и 1202 гг., и надо полагать, что вследствие последнего землетрясения Калаат Эль-Госи пришлось почти совершенно перестроить и привести в тот вид, в каком мы находили его теперь, так что эта крепость принадлежит не ранее как XII веку.

После уступки иоаннитам, управление Краком было вверено кастелянам их ордена, и нам говорят, что постоянный гарнизон его при них состоял из 2000 человек.

Холм, на котором возвышается Крак рыцарей, имеет высоту почти 300 метров над уровнем долины, отделяющей его от соседних гор. Крепость имеет две стены, отделенные одна от другой широким рвом, отчасти наполненным водою. Вторая стена, образуя редюит, господствует над первой и над всеми ее укреплениями; она заключает в себе службы замка: большую залу, часовню, отдельные помещения, кладовые и т. д. Длинная крытая галлерея со сводами, удобная для обороны, является единственным входом в крепость. На всех пунктах, где откосы не представляют могущественной преграды для нападающего, находятся грозные валы и башни.

Первую линию, на севере и на западе, образуют куртины,3 соединяющие между собою закругленные башенки с галлереей и со сторожевыми вышками; эти вышки укреплены на консолях, образующих на большей части крепостной окружности настоящую цементировку из камней. Верхняя часть здания представляет большое сходство с первыми парапетами, снабженными сторожевыми вышками и появившимися во Франции в царствование Филиппа Смелого. Они сохранились, например, и на стенах Aigues-Monts, и в замке Mondbard в Бургундии.


3 Куртина — часть крепостной стены, помещенная между двумя бастионами.

Над этим первым рядом укреплений тянется банкет, окаймленный зубчатым парапетом с амбразурами в центре каждого мерлона. Здесь мы встречаемся с обычаем, которому повсеместно следовали в Европе при военных постройках в XII и XIII веках: башенки господствуют над куртиной, и лестницы из нескольких ступенек ведут от дозорных дорог на платформы.

Каждая башня заключает в себе зал, в который свет проливает через амбразуры, а в куртинах идут правильными промежутками большие ниши со сводами, имеющими острый угол в вершине. В глубине их устроены помещения для арбалетов с вращающимися ручками и других военных принадлежностей подобного же рода.

Во Франции с начала XIII века эти укрепления, мало возвышавшиеся над уровнем почвы, уже не были больше в употреблении, так как имели то неудобство, что обозначали для нападающих наиболее слабые пункты стены. И в Краке рыцарей находят их только на тех сторонах крепости, которые увенчивают собою крутые скаты, и, следовательно, защищены от действия машин, между тем как к югу стены массивны по всей своей длине.

Башенка, находящаяся в северо-западном углу первой ограды, снабжена округленной постройкой около 4 метров вышины. По всей вероятности, то было основание ветряной мельницы, если судить по теперешнему арабскому названию — башня мельницы, равно как и по крагштейнам, на которые опирались столбики и скрепы, поддерживавшие эту, вероятно, деревянную постройку.

Вход в замок сделан через стрельчатую дверь, наверху которой виднеется между двумя львами испорченная надпись, высеченная по приказанию султана Малек-эд-Дагер-Бибарса после осады в 1271 г., отдавшей Крак в его власть. Вот эта надпись:

Во имя Бога милостивого и милосердого! Восстановить этот благословенный замок было приказано в царствование нашего господина султана, могущественного царя, победоносного, справедливого защитника веры, воина, вспомоществуемого богом, завоевателя, покровительствуемого победой, краеугольного камня мира и религии, отца победы, Бибарса, товарища эмира правоверных, и это было в среду...

Сводчатый всход, образующий покатую галлерею, довольно отлогую для того, чтобы быть доступной всадникам, начинается от вестибюля, который занимает основание выступа и ведет в обе ограды. Эта галлерея представляет систему препятствий, нагроможденных с мелочною старательностью, — очень интересный образец восточно-франкского военного искусства в Сирии в XIII веке.

Посетитель, переступив порог, бывает поражен внушительным величием, которое представляет пустынная внутренность крепости.

Направо находится крытый вестибюль, сообщающийся с часовней.

С другой стороны двора и почти напротив часовни — большой зал — изящная постройка, повидимому, середины XIII века. По всей длине ее простирается галлерея, в форме монастырских переходов, образованная шестью малыми пролетами; четыре из них замыкаются аркадами прекрасного стиля. Наличники двух маленьких дверей, через которые эта галлерея сообщается с большой залой, украшены богатой резной работой, спускающеюся на две колонки, а на поддерживающих их столбах из цельного камня видны остатки гербовых щитов.

Что касается собственно зала, то он заключает в себе три больших пролета, и размеры его внутри здания около 25 метров длины и 7 метров ширины. Двойные арки и стрелки свода опираются на консоли, украшенные листьями и фантастическими фигурами. Кажется, что и еще один этаж, теперь разрушенный, дополнял это здание и был заменен потом арабскими домами, построенными на сводах. Большое окно, над которым виднеются круглые окошечки — на севере, такое же на юге, и два окна, выходившие на восточную сторону здания, освещали внутренность этой постройки.

На одной из сторон коптрфорса вырезано прекрасными буквами двустишие:

Sin tibi copia, sit sapieutia formaque detur

Inquinat omnia sola superbia, si conitetr.5


4 Пусть будет у тебя богатство, мудрость и пусть дана тебе красота: все уничтожает одна гордость, если она сопровождает эти качества.

Интересно, что это написано не только совершенно правильным дактилем, но даже и с рифмой.

Потом крепость Крак, благодаря которой иоанниты более века господствовали над султанатом Гамах, попала в руки египетского султана в 1271 г. Вот повествование о ее взятии, в том виде, как оно находится у Ибп-Ферата:

«Султан прибыл к Госн-эль-Акрад ; 20-го числа были взяты предместья замка, и прибыл туда же с своей армией султан Гамаха Мелик-эль-Мансур. Султан отправился верхом к нему навстречу, слез с лошади и пошел под его знаменами. Эмир-Сеиф-Эддин, государь Сагиуна, и Неджем-Эддин, вождь измаильтян, также присоединились к нему. В последних числах реджеба были установлены машины. 7-го шаабана было взято приступом передовое укрепление. Для султана устроили площадку, откуда он метал стрелы. Он раздавал воинам деньги и почетные одежды. 17-го шаабана была проломлена одна из башен; мусульмане пошли на приступ, проникли в замок и завладели им. Часть французов отступила на вершину замка, а другие французы и христиане были приведены перед султаном, который отпустил их на свободу из любви к своему сыну. В крепость ввели машины и установили их против холма. В то же время султан написал подложное письмо от имени франкского коменданта в Триполи, с обращением к тем, кто был в замке, сдать его.

Тогда они сдались на капитуляцию, жизнь гарнизона была пощажена под условием возвращения в Европу».5


5 C. Rey: «Etude sur les monuments de l'architecture militaire dés Croisés en Syrie et dans l'ile de Chypre». 1871.

Таково устройство и такова история одного из рыцарских сооружений в Западной Азии. Приведенный рисунок достаточно обрисовывает нам общую конструкцию латинских крепостей на сирийском побережьи в XIII в. Он показывает нам, кроме того, на какие огромные сооружения были материально и технически способны западно-европейские феодалы даже в таких отдаленных местах, но он, конечно, не дает нам никакого представления об их религиозных и общественных сооружениях. Архитектура этих последних всегда была другая (рис. 162 и 163). И если замок «Крак» напоминает нам своими бастионами Петропавловскую крепость на берегах Невы, то мы должны ожидать, что и религиозные постройки «латинян» будут напоминать нам, с одной стороны, Исаакиевский и Казанский соборы с их колоннадами, а с другой — обыкновенные церкви, совсем без колонн, но тоже разнообразные: то со шпилями, как Петропавловский собор, то с луковицеобразными главами, как Александро-Невская Лавра и проч. Разнообразие стиля и материальной структуры храмов и общественных зданий в греческих и сирийских странах не может противоречить одной и той же эпохе их сооружения, как не противоречит этому и разнообразие таких сооружений в бывшей столице русских императоров.

Развалины величественного храма европейского стиля около бедной деревушки на оазисе в Сирии по караванной дороге на полпути между городом Домаском и рекой Евфратом (240 километров от первого и 140 от второго). Поразительное сооружение европейского стиля, считаемое за храм Солнца в легендарной Пальмире, «столице легендарной царицы Зенобии, хотевшей покорить Рим».

Такие здания могли быть построены среди некультурной по природе местности только могущественными властелинами богатой и огромной европейской страны в период развития в ней денежного хозяйства в металлической валюте, доходившей до этих мест, и не ранее крестовых походов, когда среди фантазирующих королей и королев Западной Европы, фанатизированных католическим духовенством и не знавших куда деть накопленное золото и серебро, появилась мания ездить в отдаленные места и строить пышные храмы и монастыри всевидящему богу именно в отдаленных пустынях, на удивление неверующим дикарям и на прославление своего имени до краев мира. Они и не подозревали в своей наивности, что как только их дети перестанут посылать туда средства на содержание штата служителей, так они и обезлюдятся и будут разграблены.

До основания в Сирии Готфридом Бульонским Иерусалимского крестоносного королевства (от 1099 до 1187), как по техническим, так и по государственно-экономическим соображениям здесь не могло быть построено ничего подобного. Только развалины укрепления (около этих зданий ионического типа) могут принадлежать более раннему времени.


Рис. 162. Развалины храма между Дамасском и рекой Евфратом.

Рис. 163. Внутренний вид части развалин того же храма, как и на рис. 162, на оазисе между Дамасском и Евфратом в Сирии (по фотографии).

Для нас здесь важно только одно: западно-европейские феодалы, переселившись под предлогом «освобождения гроба господня» в Сирию, а затем и в Грецию, поближе, и обзаведясь семействами и ленными владениями, действительно имели средства и возможность создать те величественные постройки, которые мы там находим. Тосканские архитекторы принесли туда тосканский архитектурный стиль, а из него, под влиянием местных условий, другие западно-европейцы, приглашенные ко дворам местных феодалов, создали и более сложные структуры с дорическими, ионическими и коринфскими колоннами. Тевтонские конструкторы принесли стиль берегов Рейна, а французские — стиль севера и юга Франции, или пытались соорудить по продуктам своего воображения то, что, им казалось, было в Греции до начала нашей эры.

А до начала нашей эры здесь никому и не снилось ничего подобного...


назад начало вперёд


Hosted by uCoz