Н.А.Морозов / «Христос». 5 книга / ЧАСТЬ ВТОРАЯ


ГЛАВА VII
ЧТО ТАКОЕ ПРЕДСТАВЛЯЛО СОБОЙ ДРЕВНЕ-РИМСКОЕ ЦАРСТВО «ПОЧТЕННОГО ЛИВИЙЦА»?

 

Мы разобрали с литературной стороны последние книги Тита Ливия и показали их позднее происхождение. Разберем же теперь и первые его десять книг, уже носящие совершенно другой характер.

Вот передо мною снова «Первая декада» латинского сборника под названием «Titi Livii ab Urbe condita Libiri». В переводе это значит, — как я говорил уже, — «Книги Почтенного Ливийца от основания столицы». Слово почтенный по-гречески произносится титос, сокращенное тиметое и потому этого почтенного ливийца и стали называть Титом Ливнем.

А что касается до содержания этих книг, то они представляют нечто замкнутое в самом себе.

Тут на очень хорошо развитом «классическом» латинском языке рассказывается, как дочь царя Утешителя Наставника (по-библейски Нумитора) из Белой Узды (Альбалонги), родила, подобно Деве Марин в христианской теологии, от Бога Небесных Воинств (по-библейски Саваофа, а по-латыни Марса) двух сыновей-близнецов: Носорожка и Носорога (Ромула и Рема по-библейски). Но брат их деда завладел его престолом и велел утопить обоих младенцев, как и евангельский Ирод хотел погубить новорожденного Иисуса.

Однако Носорожек и Носорог не погибли. Они были найдены в лесу волчицей, которая вскормила их своим молоком (рис. 48), а потом они были воспитаны пастухом Хромым Великаном (Фаустулом) и его женой. Выросши, они основали город, который назвали по своим именам: Рома и Рим. Так началась, по словам Почтенного Ливийца, знаменитая римская империя и будто бы не на берегах Босфора на Балканском полуострове, где искони жили ромеи (по-русски греки), а на берегах Тибра в Италии, где лишь в начале средних веков возник город Рим.


Рис. 48. Мифическое начало могучего Рима.
Волчица вскармливает его основателей Ромула и Рема (Рима).
 

Не говоря уже о явной легендарности этого повествования, у всякого читателя, знакомого с еврейским наречием древне-арабского языка, сейчас же возникает тут, как я уже говорил, недоумение: почему же основатели Римской империи, возникшей будто бы в Италии, носят не итальянские, а еврейско-арабские или мавританские имена, звучащие совершенно чуждо языку древнего Лациума? Ведь по-латыни слова Ромул и Рем не имеют никакого смысла, а на библейском языке — это два произношения слова носорог.1

Затем и все шесть последующих за Ромулом царей этой декады книг «Почтенного Ливийца» (т. е. обитателя Ливийского побережья между Египтом и Испанией), носят тоже не итало-латинские, а еврейские имена, и только прилагательные к ним имеют латинское происхождение. Так Нума Помиплий значит Утешитель Трубный,2 тоже, что еврейское Наум; Тулл Гостилий значит Высокий Грозный;3 Анк Марций значит Мартовский Освященный, причем АНК есть лишь особое произношение еврейского слова Енох;4 Тарквиний Приск значит Древний Наставник Труда;5 Сервий Туллий 6 значит Пламень высоты господней, и, наконец, Люций Тарквиний Суперб, неправильно переводимый Гордым, значит Светлейший Всличественнейший Наставник Труда. Тут первое начало титулов: Ваше Величество и Ваше Высочество. В этих латинских эпитетах мы видим уже что-то, родственное средневековому придворному этикету.


1 Библейское начертание РМ — носорог, произносится как РАМ, РОМ, РИМ и РАИМ. Прежние исследователи думали, что это чисто мифическое животное — козерог или единорог, но ведь и миф имеет часто реальную основу. Римская империя в переводе с этого языка значит проста Империя носорога (Единорога), а город Рим—город носорога. Точно также и сам Нумитор, дед Ромула, носит не латинское, а арабско-еврейское название, значущее נחומתר (НХУМ-ТР) — Утешитель-Наставник, а пастух Фаустул (или Паустул) разлагается на פסח (ПСХ) — хромой и תל (ТЛ) — высокий.
2 От נחום (Наум) — утешитель и pompilius — трубный, пышный.
3 От תלה (ТЛЕ) — воздымать или תל (ТЛ) — высота и hostilis — грозный.
4 От חנוך (ХНУК) — освященный, Христос по-гречески. Это имя пророка Еноха, взятого живьем на небо, которому Коран (19, 57, 58) приписывает изобретение письмен и всех наук. «Книга Еноха» есть в переводах с рукописи, найденной в Абиссинии англичанином Брюсом в конце XVII века. А прилагательное Марций может происходить от martius — мартовский и даже от marca — межа.
5 От תור (ТОР) — наставлять и קין (КИН) — труд, и от priscus — древний.
6 От סרב (СРВ) — жечь или סרף (СРФ) — сожигающий и תל (ТЛ)— высота господня.

Но почему же имена всех семи царей этой легендарной монархии Носорога, содержание которой все перемешано с мифами (вроде того, который мы уже привели о происхождении основателей города Носорога от библейского бога Воинств Саваофа, по-латыни Марса), — почему все они арабско-еврейского корня? Не следует ли из этого заключить, что древнеримское государство было государством египетским и что официальным языком его был еврейский?

Мне кажется, что утверждать это было бы еще поспешно, хотя факт библейских имен всех семи древне-римскпх царей да и самого Рима налицо. Гораздо проще допустить, что первоисточниками книг «Почтенного Ливийца» были мавританские документы, и что имена всех семи царей империи Носорога в них были переведенными с древне-греческого или древне-итальянского языков, или, просто объединяют собою различные эпохи реальной империи, существовавшей в Европе на берегах Средиземного моря в более позднее время.

Кроме того, мы не можем не отметить, что в схематизме этих семи царей играла роль и мавританская астрология V века нашей эры. Действительно, сравнив имена их с именами семи планет, в том порядке, в каком нам их дает старинный календарь в названиях дней недели на западно-европейских языках, мы не можем не заметить некоторого параллелизма. Приглядитесь только к следующим строкам:

Воскресенье (по английски Sunday — день Солнца) — Ромул; или Святой Квиринт (т. е. святой властелин от греческого кир — господин).

Понедельник (Lunday — день Луны) — Нума Помпилий, Утешитель Трубный (Луна часто имеет вид рога).

Вторник (по-французски Mardi — день Марса) — Тулл Гостиллий (воинственный).

Среда (Mercredi — день Меркурия) — Анк Марций (межевой).

Четверг (Jeudi — день Иеговы) — Тарквиний Древний.

Пятница (Vendredi — день Венеры) — Сервий Туллий.

Суббота (по-английски Saturday — день Сатурна) — Тарквиний Величественный.

 

Рис. 49. Древний календарь. Вверху смотрят дни недели в порядке: Сатурн-суббота, Солнце-воскресенье, Луна-понедельник, Марс-вторник, Меркурий-среда, Юпитер-четверг, Венера-пятница. В средине — 12 месяцев года в виде 12 созвездий Зодиака, По бокам — 30 дней месяца.

Искусственность этого каббалистического подбора семи древне-римских царей Почтенного Ливийца под семь дней недели, которые все одинаковы, кроме Воскресенья, очевидна, и потому, естественно, тут нет у нас никакой возможности для детального сопоставления. На уже самый факт совпадения числа семи во всех трех сопоставлениях достаточно показывает в них не реальность, а схематизацию.

Мы уже знаем, что Средне-Римская империя, основанная Юлием Цезарем и его преемником Октавианом Святым (Augustus), налегла у нас хронологически на Ново-Римскую империю, основанную Констанцием Рыжим (Хлором) и его преемником Константином Святым (см. диаграмму на стр. 344—345 (рис. 50)).

Отсюда легко ожидать, что и исследуемое нами теперь историческое сказание, сообщенное нам неизвестным латинским автором по каким-то старинным ливийским, т. е. мавританским, документам, представляет собою только третий вариант той же всемирной империи Констанция Рыжего и Константина Святого (или по-нынешнему—августейшего), каким сделался в свое время и Ромул, причисленный после своей смерти, как говорит история, к богам с прибавкой титула: квирин, т. е. господь. Обыкновенно этот титул производится от слова quiris — маленькое копье, но это словопроизводство не является убедительным. Легче всего представить, что это было греческое слово Кюриос (Κύριος) — господин, ассимилировавшееся в устах народа с quiris, как у нас рупия превратилась в рубль, ассимилировавшись с глаголом рублю. Очевидно, что Римская империя Константина Великого так поразила воображение последующих за нею поколений, что ее история писалась не один, а несколько раз, и в Лациуме, и в Византии, и в Александрии Египетской, и у мавров по соседству с Испанией и с древней Ливией.

Я уже говорил, что в древности у людей еще не было, как у нас, собственных официальных имен, потому что не было никаких иностранных и местных святых, под покровительство которых отдавались бы новорожденные, принимавшие их имена, не было и метрических книг и паспортов и других удостоверений личности, требующих определенного имени. Само собой понятно, что все более или менее заметные исторические деятели дошли до нас под такими же благоприобретенными впоследствии кличками, какие в старинных бурсах и гимназиях давались большинству учащихся в их товарищеской среде. Именно такие клички и оставили нам: например, Виргилий Марон, в переводе: Девичий каштановый орех; Марк Цицерон, в переводе: Увядший горох; Нерон, в переводе: Брюнет и т. д. И само собой понятно, что такого рода клички не сохрапялись на иностранных языках, а на каждом давались новые или переводились по своему смыслу, как это в редких случаях делаем и мы, называя, например, Леона Магнуса — Львом Великим или Барбароссу — Рыжей Бородой.

Отсюда вполне понятно, что и при первых попытках написать историю Римской империи столкнулись с неимением определенных собственных имен у деятелей и с отсутствием определенной хронологии в их последовательности. В отрывочных, первоисточниках существовали только более или менее точные сведения о продолжительности царствования царей.

Вот почему при этих условиях, при одинаковости кличек, несколько одноименных деятелей могли быть слиты в одного, если они жили одновременно или один вслед за другим. И, наоборот, целый исторический рассказ о делах какой-нибудь династии мог быть принят за рассказ о другой, если он был написан на другом языке, и для его последовательных деятелей были там особые имена. Да и географические подробности тоже были трудно определимы: Монблан, например, мог получить по-библейски имя Ливана, которое в переводе тоже значит Белая Гора. Одно и тоже море мы называем Черным, Французы—Mer noire, немцы—Schwarze Meer, англичане—Black See и т. д. Все это я уже говорил в первой книге «Хриота».

Конечно, зная языки, здесь еще возможно сразу установить. тожество. А как догадаться, что, например, греческое имя Геллеспонт есть Мраморное море с Дарданеллами, и что Аллемань, и Дейтшланд, и Германия одна и та же страна? А таких разноименностей много в древней истории. Вот, например, общеизвестный «святой город — Иерусалим». Туда ходят пилигримы из всех христианских государств, а у местных жителей он с незапамятных времен называется Эль-Кудс (т. е. город святого Илии), а не Иерусалим. Кто и как установил, что библейский евангельский Иерусалим именно и находится в Эль-Кудсе? Мы не знаем. А вот и другой пример — библейское имя МЦ-РИМ. Это слово, конечно, можно принять, как и делают до сих пор, не стараясь дойти до смысла, за множественное число от арабского имени Мазр. Но в таком случае и переводить его надо не Египет, а Египты, т. е. считая за что-то сложное. Если же мы захотим понять, почему возникло такое имя и что оно первично значило, то у нас тут нет другого толкования, как признать, что МЦ-РИМ, т. е. Высокий Рим, высокомерная империя Носорога, есть та же самая Византийско-римская империя, к которой принадлежал и Египет. Новейшее арабское слово Мазр с этой точки зрения будет только сокращением смыслового объема у первоначального слова Миц-Рим, когда-то распространявшегося на все владения и колонии Империи Носорога.

Все эти соображения опять наводят на мысль, что первая декада книг «Почтенного Ливийца», т. е. Тита Ливия, есть только третий вариант той же самой царьградско-римской истории IV и V веков нашей эры, с которой списана и история преемников Октавиана Августа, перенесенная в итальянский Рим.

Но первое же чтение показывает, что она уже чрезвычайно легендаризирована и, кроме того, схематизирована по заранее составленному плану подвести «древне-римскую» историю под апокалиптическое пророчество, почему число царей и сокращено и тут до семи, в согласии с «семью царями, сидящими на звере-носороге, обагренном кровью праведников».

На прилагаемой синоптической табличке (рис. 50) я пытался наглядно выяснить параллелизм этих семи царей с византийско-римскими.

Первый из них Ромул, астрологически руководимый, как мы видели, самим Солнцем, настолько сходен с Константином «Святым», что это прямо бросается в глаза. Оба основали, — как я уже говорил, — столицы своего имени, оба убили своих соправителей, оба дали гражданское и военное устройство «Римскому» государству, царствовали слишком тридцать лет и оба после смерти причислены к лику святых. Сабинян, с которым воевал Ромул, приходится признать за савойцев, они же в других, книгах называются кимврами от главного города Савой Chamberi, причем французский звук ш в латинском произношении перешел, как и всегда, в к. А во «второй империи» Ромул сходен с Октавианом Августейшим.

Второй царь «Почтенного Ливийца» — Нума Помпилий, астрологически руководимый Луною, является соединением воедино трех наследников Константина, может быть, по увлечению тенденциозным апокалиптическим соображениям, а может быть, и по простому смешению благодаря отсутствию собственных имен и одинаковости кличек: у всех у них была одна и та же кличка—Стойкий. Может быть, только для того, чтобы отличить этих соправителей друг от друга, наш византийский первоисточник о них—Сократ Схоластик в своей «Церковной Истории» и приделал тут разные окончания: Копстан-ций, Констан-с и Констан-тин, а эта разница совершенно недоступна для арабско-еврейского языка, в котором нет таких тонкостей. Не потому ли в кличке «Утешитель Трубный» эти три соправителя приложились друг к другу в последовательном порядке, причем года их царствования сложились и дали с прибавкою Юлиана число лет 43?


Рис. 50. Примерная схема объединения одноименных царьградских кесарей Сократа Схоластика, начиная с Константина Великого и Лициния для того, чтобы составилось из них апокалиптическое число «семь царей» Тита Ливня, начиная с Ромула и Рема.

 

Приняв во внимание, что в IV веке вырабатывался юлианский календарь, первично составленный при Констанции Рыжем (он же Юлий Цезарь), и получивший, как я докажу далее, свою окончательную форму при Юлиане, мы сразу понимаем ценность указания на то же самое и во время царствования Нумы. Прозвище его Утешитель Трубный, может быть, значит не только пышные, но и лунный, так как без точного знания движение Луны год не мог быть установлен, а Луна представлялась в малых фазах в форме трубы. Кроме того, Тит Ливии указывает, что тогда же были выработаны и основы религии, а по моим вычислениям во время Констанция и жили Арий-Арон и подроста л уже Василии Великий—евангельский Христос.

Третий царь «Почтенного Ливийца» —Высокий-Грозный (Тулл Гостилий), руководимый астрологически планетой Марсом, налег у нас на трех Валентинов, при которых жил и основатель христианского богослужения «Великий царь». Туллу приписывается разрушение Альбалонги, что в переводе значит Белая Узда, то же что Белград и Спарта по-гречески.7 А в псевдовторой империи этому грозному царю соответствуют легендарные гонители христиан: Клавдий, Нерон и Веспасиан.


7 Alba — значит белая, longa (франкское longe) значит — лошадиный повод, а спарта (σπάρτη) по-гречески значит — петля, узда, веревка.

Четвертый царь «Почтенного Ливийца» — Анк-Марций, руководимый астрологически планетой Меркурием, опять является соединением воедино двоих соправителей, умышленно (чтоб подвести все число царей под апокалиптическое семь) или неумышленно по одинаковости кличек: оба они назывались Титами. Автор говорит, что тогда была устроена в устьях Тибра гавань для Рима, и это указывает на то, что только около 380-х годов началось в Римской области правильное судоходство. К тому же времени относится и организация земледелия в Романии, вероятно, вследствие изобретения железных земледельческих орудий и разграничения хозяйств, ставших собственническими. Это и может объяснить прилагательное martius к имени Анка, от латинского слова marca — межа. Припомним, кроме того, что его аналог среди дней недели Mercredi-Меркурий носит имя покровителя морской торговли и земледелия.

Пятый царь «Почтенного Ливийца» — Древний Наставник Труда, астрологически руководимый Юпитером-Иеговой, опять является объединением двух императоров-соправителей: Аркадня и Гонория. В это время, по Ливию, были введены знаки царского достоинства, воздвигнуто судбище (форум) и цирк, т. е. церковь. Этому же царю приписывается властная жена Танаквиль, что значит по-еврейски Шакалка Ничтожества. Она аналогична апокалиптической Изабели, т. е. жене Аркадия — Евдоксии.

В это же время должно было случиться первое извержение Везувия, относимое к 79 году после рождения евангельского Спасителя.

Шестой царь «Почтенного Ливийца» — Сервий Туллий, руководимый астрологически планетой Венерой, носил, по словам автора, имя Мастарно. Он разделил римский народ на пять классов по имуществу и на центурии, и хронологически налегает на Аэцня, который царствовал 33 года, как опекун, а потом как соправитель Валентиниана III. Но вместо 33 лет ему дано 43, что может быть объяснено тем, что к 33 годам присоединены еще 10 лет соцарствования Валентиниана по окончании опеки или это просто неточность сведений автора.

Седьмой и последний царь «Почтенного Ливийца» — его светлость Тарквиний Величественный, астрологически руководимый смертоносным Сатурном, хронологически налегает на Рецимера, царствовавшего до 472 года, когда неслыханное до тех пор извержение Везувия 6 ноября 472 года (при котором, вероятно, и были погребены Геркуланум или Помпея, или Стабия) произвело страшное моральное потрясение в Романской империи и вызвало общий развал всего клерикального сооружения на берегах Средиземного моря.

Мы видим, что очень существенные признаки параллелизма между Византийской империей Константина I и Романсной империей Ромула проходят здесь от начала до конца, хотя, благодаря постановке в один последовательный ряд одноименных соправителей, время существования Всемирной Римской империи Константина I удвоено в Римской империи Ромула и продолжено здесь вместо 120 лет на 240.
Почему сделано это удвоение? Почему соединены воедино одноименные представители и даже парочка разноименных? Почему выброшены все императоры, царствовавшие менее года?

Объяснение может быть только одно. Число указанных здесь римских царей — семь, подведено под число семи планет и дней недели, и под число семи апокалиптических царей, указанных для этой же империи, а число лет общего их царствования 120 удвоено до 240, для того, чтоб подвести их под 24 часа суток, по 10 делений в каждом часе. Это яркий пример натяжек древней каббалистики, не стеснявшейся никакими приемами, чтобы оправдать себя. Недаром Ренан искал семи апокалиптических царей именно в Римской империи, но он только брал их не из этого вторично-миражного отражения византийско-римских преемников Диоклетиана, а из их первичного отражения, в котором Константин апокрифировался в древнюю историю в виде Октавиана Августа. То обстоятельство, что все имена византийско-римских царей взяты здесь не от греческих или латинских корней, а от арабско-еврейских, показывает, что и оригинальные первоисточники этого варианта истории Византийско-римской империи были написаны на одном из неевропейских языков и лишь потом переведены на латинский.

Вариант этот кончается на моменте гибели Западной части империи под страшным извержением Везувия, погубившим главный город древней Италии Помпею, заменявшую нынешний Неаполь, но с еще большим культурным и торговым значением. Об этом событии нет ничего в дошедших до нас десяти книгах Тита Ливия, потому что иначе было бы нельзя отодвинуть время действия до такой степени в глубину прошлого.

Следующая декада (т. е. кн. 11—20), где следовало бы перейти к везувианской катастрофе, считается «потерянной», а теперь мы видим, что она была потеряна не без умысла.

Мы не должны забывать, что все стихийные бедствия приписывались тогда гневу богов за грехи царей и поставляемых ими властей. Пока мы при попытке разъяснить себе эволюцию религии и общественной жизни древних государств на берегах Средиземного моря будем игнорировать влияние таких могучих факторов, как извержения Везувия и Этны и связанные с ними .землетрясения, на психику древних народов в этой географической области и на психику их суеверных правителей, мы не будем в состоянии понять самых резких событий тогдашней общественной жизни. В данном случае мы не можем не напомнить снова и снова, что после первого страшного извержения Везувия и ряда предшествовавших ему землетрясений на всем юге Европы, появился Апокалипсис с его громами в молниями на земных царей и с предсказанием, что Римская империя погибнет в огне, что способствовало быстрому распространению мессианского христианства, ютившегося еще до конца IV века, как видно из самого Апокалипсиса, лишь в семи малоазиатских общинах. Однако чисто идейная проповедь не могла сама по себе произвести государственного переворота, и мы видим, что несмотря на новый порыв апокалиптического творчества в средине IV века в виде пророчеств Иезеки-Ила, Захар-Ии, Иса-Ии, Иерем-Ии, Амоса и т. д. христианство еще не стало править миром.

Но вот 6 ноября 472 года произошло новое страшное землетрясение и извержение Везувия, дым которого долетал до-самого Константинополя. Рабы внутри восстали на своих господ, окружающие народы взбунтовались, старая династия пала и Западная ариаиская (т. е. Аронова) империя перешла к апокалиптическому католицизму, который, как мы увидим скоро, еще нельзя отожествлять с евангельским христианством, возникшим, по нашей новой хронологии лишь накануне крестовых походов.


Рис. 31 Гробница Сципиона Африканского (по Вегнеру).

назад начало вперед


Hosted by uCoz