Н.А.Морозов / «Христос». 5 книга / ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ


ГЛАВА IV.
ЕСТЕСТВЕННОЕ НАЧАЛО РОМАНСКОЙ (РИМСКОЙ) ИМПЕРИИ С ГЕОГРАФИЧЕСКОЙ ТОЧКИ ЗРЕНИЯ И С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ.

 

С точки зрения истории материальное культуры древняя «Железная империя» несомненно должна была начаться там, где впервые начали вырабатывать железо и ковать из него технические и военные приборы, а не там, где этого материала никогда не было. А со стратегической точки зрения она, кроме того, должна была начаться в таком пункте, из которого были наиболее близки и наиболее гарантированы пути сообщения, как с местами выделки железа, так и с наиболее наделенными природой культурными местностями, а никак не в таком пункте, который был далек и от железных и от медных рудников и лежал вдали от стратегического центра своей империи.

Отвергать это основное положение эволюции человеческой культуры значит впадать в мистицизм и вместо естественной земной причинности в последовательном развитии человеческих событий искать причинность сверхъестественную.

С последней точки зрения вполне понятно, что средневековые католические авторы в своих сочинениях, служащих для нас теперь первоисточниками, выводили древнюю Средиземную империю из итальянской Римской области, где находился престол «наместника Христа», несмотря на то, что ни в политико-экономическом, ни в стратегическом отношении этот город совершенно непригоден для светского владычества над Балканским полуостровом, ближайшим к железным рудникам, ни тем более над Анатолией, ближайшей к Кипрским медным рудникам, откуда и само латинское название меди купрум (cuprum) и где, по самому древнему преданию возник и человеческий род 1 или над Сирией и особенно Египтом с его густым и издревле культурным населением. При первом взгляде на геологическую и политико-экономическую карту прибрежий Средиземного моря совершенно ясно, что без вмешательства сверхъестественных сил, творящих где хотят добро и зло и пренебрегающих всякими географическими и техническими преградами, ничего подобного не могло произойти. С натуралистической точки зрения итальянская Римская область никогда не была и не будет светский владычицей Востока, несмотря даже на свою «духовную власть над всем католическим миром». Тем более не могла она им быть  до того времени, пока не стала еще центром христианства. Трудно даже представить себе, как этот пережиток древнего взгляда на историю народов мог держаться до настоящего времени, когда историки уже перестали на каждой шагу указывать вместо естественных причин на «Божий перст», или ссылаться везде, как в «Священной истории», на вмешательство в человеческие споры за власть и даже в самые сражения, решавшие судьбы государств, невидимых небесных воинств, приносящих победу наиболее благочестивым властелинам.


1 Анатолийское учение о происхождении человека в противоположность «экуменийскому».


Рис. 60. Современная этнографическая карта Европы (по Г. Иванову: Учебник географии).
 

Рис. 61. Современная густота населения в Европе (по Г. Иванову: Учебник географии).
 

 

По географическим условиям, началом Романской всемерной империи могла быть только Румыния, о чем говорит и само ее до сих пор сохранившееся имя Romania (Ромъния по-болгарски), с присоединением к ней Ромелии (Румелии) с ее древними городами: Филиппополем (городом Филиппа — отца Александра Македонского), Адрианополем (городом Адриана) на судоходной реке Марице и с ученым городом Софией (городом Мудрости), где и теперь имеется университет и хорошая книжная библиотека.

Двум частям этой области, Романии и Румелии, и соответствует предание об основании Романской империи двумя братьями Ромулом и Ремом. Отсюда ближайшая дорога через Софию к Трансильвании с ее «Рудными горами», одно название которых показывает на их огромное значение для древней культуры. Там до сих пор в огромном количестве добываются железная руда и, важный для выплавки из нее железа, уголь. Да и самое немецкое название главного города этой местности Буда-Пешта—Печью (Оффен), несмотря на то, что по мягкому климату своей местности он мало нуждается в печах, показывает на него, как на древний центр выплавки железа из железных руд. В этой же местности добывались с древнейших времен и другие металлы, в том числе и золото, так важное для торговли. А как оно было здесь обильно, обнаруживает уже одно то обстоятельство, что его не успели выбрать и до сих пор, хотя и сильно уменьшили его количество.

Из этой Романии (или Македонии), а не из итальянского Рима вышел и мифический Александр Македонский, первый завоеватель Греции, Малой Азии, Месопотамии и Египта, т. е. всей той области, которая после присоединения к ней Италии, Галлии, Испании и Туниса, стала называться, в отличие от них, Восточной (и, очевидно, первоначальной) Романской империей. А доминирующее значение Македонии было так велико, что и потом, уже после отпадения всего Востока благодаря развитию магометанства, в Византии царствовала с 867 до 1056 год «македонская» династия, основанная романско-македонским кавалеристом Василием. Да и после нее, когда анатолийские турки уже завоевали Балканский полуостров, резиденция турецких императоров от 1360 по 1453 год была в том же Адрианополе, в котором, как показывает самое его имя, жил и император Адриан и, очевидно, по тем же самым стратегическим соображениям, совершенно понятным при первом взгляде на географическую карту земного шара. Потом, когда постройка больших морских судов сделала невозможным помещение флота в мелководной Марице, столица была  перенесена в Константинополь, т. е. в тот же пункт, соединяющий Европу и Азию, в котором за тысячу лет до того времени и Диоклетиан, родившийся тоже на Балканском полуострове, в Далмации, был провозглашен своими легионами 17 сентября 428 года верховным главой Романской (т. е. Румынской) империи.

Не в отдаленном итальянском Риме это было, а на Босфоре, в Халкедоне, северное предместье которого было потом переименовано в Константинополь. Это было в наилучшем стратегическом пункте древнего культурного мира. Там и провозглашен был императором Диоклетиан, а отдаленный Лациум, поворотившийся спиной ко всему Востоку мог узнать об этом только через несколько недель, и если бы захотел противиться, то все равно ничего не мог бы сделать.

Кроме того, скажете сами: что представляла собою Турецкая империя после 1362 года, когда султан Мурад, завоевавший Фракию (т. е. ту же Македонию) и перенесший свою резиденцию в Адрианополь, заставил сербов в болгар платить себе дань? Что представляла собой его империя, особенно с 1453 года, когда султан Магомет II, после того как его предшественники покорили Боснию, Герцеговину, Албанию, Валахию, Македонию и Фессалию, перенес свою столицу в Константинополь на Золотой Рог?

Четыреста лет существовала эта турецкая империя Мурада и Магомета II, и, откинув ее исламитскую веру, сравните только ее географические границы с границами Восточной Римской империи времен знаменитого Феодосия II и Юстиниана I, начавшего тоже не в Риме, а здесь же в Константинополе «Римское право». Посмотрите на исторических картах, и вы сами увидите, что это та же самая Романская империя, только далматская династия Диоклетиана сменилась здесь анатолийской династией Мурада, да трижды переменилась в ней господствующая религия: арианство было побеждено сначала православием, а потом православие магометанством, которое, как я покажу далее, является лишь ответвлением арианства.

Отсюда были родом различные цари этой Балканской империи, а как их звали по именам — это почти совершенно безразлично для хода истории, которым управляли, как и везде, не боги а не отдельные личности, а прежде всего геофизические факторы.

Читатель видит теперь, какова была вплоть до наших дней притягательная сила этого замечательного геофизического центра на прибрежьях Мраморного моря. Это он (а не боги) дважды создавал тут одинаковую по своим границам преобладающе огромную империю.

Создаст ли он ее еще и в будущем? Это покажет оно само, а мы можем только сказать, что недаром все русские и другие империалисты стремились получить его в свои руки.

А что же сделал итальянский Рим на промежутке времени, охватывающем не многим более полутора тысяч лет, в продолжении которого наши исторические памятники подтверждаются астрономическим вычислением времени часто указываемых в них небесных событий? Об этом я подробно расскажу в последних отделах настоящей пятой книги моего культурно-исторического исследования, а теперь для ясности лишь резюмирую их содержание. Вот это резюме:

Никогда на протяжении всего своего времени Рим не был резиденцией светской власти так называемых «римских императоров», а разве только местом их пилигримств, на поклонение всегда малосильному в военном смысле наместнику бога на земле, подобно отдаленной Мекке для мусульманского Востока. И такая роль была очень прилична его географической области, близ которой происходили таинственные и ужасные для древнего мира сейсмические явления: стране, где грохочущий Везувий неожиданно погребал под своим пеплом целые города, а Сольфатаро Флегрейских полей считался входом в подземное царство; стране, на морском пути в которую лежали Сцилла и Харибда и дымились Этна и Стромболи.

В этой геофизической особенности и было все значение Римской области на всем протяжении ясного зрения современной рациональной истории, смотрящей в глубь веков, а далее начинаются одни миражи. Даже и тотчас после окончательного отделение запада Европы от эллино-сирийско-егииетского Востока в 395 году, резиденцией западной светской власти стала Равенна на берегах Адриатического моря, куда, а не в неудобный Рим, и переселился жить «западно-римский» император Гонорий, отделившись от своего брата восточно-романского Аркадня, в Равенне, а не в Риме, находятся и древнейшие памятники итальянского зодчества. Таковы ее постройки наиболее архаического вида: собор с баптистериями, относимый к V веку, церковь св. Виталия, относимая к VI веку, базилика Аполлинария и т. д. Но и Равенна не могла долго служить географическим центром обширного западно-европейского государства, и потому вся западная часть Средиземной империи Диоклетиана быстро распалась на клочья с самостоятельными, национальными центрами, из которых один из важнейших должен был естественно появиться в устьях реки По (Венецианская область), другое в бассейне Роны, а третий на берегах Гвадалквивира, на Иберийском полуострове. Самый же Рим мог оставаться лишь великим религиозным пунктом, и если он стал теперь административным центром объединенной Италии, то исключительно потому, что изобретенье железнодорожных сообщений разрушило естественные преграды страны и необычно сократило расстояния. Без этого же обстоятельства итальянским королям неизбежно пришлось бы перенести свою резиденцию в Милан.

Итак, для верного понимания древней истории мы, прежде всего, должны освободить себя от привитой нам с детства идеи, что Римская империя вышла из итальянского Рима, или что Рим когда-нибудь имел какое-либо влияние на ее административную жизнь, и мог назначать и смещать «своим сенатом» ее военных властелинов, пребывавших со своими армиями за тридевять земель от него в тридесятом царстве, которые только посмеялись бы над распоряжениями «зазнавшихся провинциалов». Даже в сильнейший разгар суеверий, когда перепуганные пророчествами короли ползали на коленах перед великими римскими понтифексами и даже признавали их светскую власть над собою, она была только номинальна, так как у средневековых понтифексов или у сменивших их со времени Гильдебрапда в XI веке пап не было возможности в своем отдалении от главных стратегических центров быстро в своевременно распоряжаться своими армиями, да и короли ходили на покаянье в своих грехах даже не в Рим, а в Каноссу в Реджио-нелль-Эмилиа в Средней части Италии.

Тем менее могла исходить из итальянского Рима какая-либо правящая власть в дохристианский период.

Все географические, геологические и геофизические особенности бассейна Средиземного моря единогласно показывают, что объединение этого бассейна могло произойти только из Балканской Романии через Босфор на юг и восток, и через Отринтский пролив на запад, когда кораблестроение достигло такой степени, что можно было проезжать из Корфу в Отринто без большого риска. Древний румынский язык был родственен латинскому, но значительно изменился впоследствии под влиянием славянских наречий и разделяется теперь на дакайско-романский, служащий литературным, на истро-романский и на македонско-романский. Он стал возрождаться в литературе только с XVIII вена, а перед тем литературным языком был греческий. И я особенно отмечаю тот факт, что средневековое название византийцев, как они сами себя называли, было не греки, и не эллины, а, ромаи (ρωμαίοι), откуда и название всего их царства было Ρώμη (Roma), а в русской произношении Рим.

В соответствии с нашей теорией о происхождении империи Диоклетиана из Румынии и от ромаев (балканцев) находится, повторяю, и легенда об Александре Македонском, сыне румынского царя Филиппа II, Он — говорят нам — был выбран на престол амфиктионами, т. е. сенатом священного города Дельф, овладел всей Элладой, но был убит Павзанием во время войны против персов в 336 г. «до Рождества Христова». Ему наследовал его сын Александр Македонской, ученик Аристотеля. Переправившись со своей конницей через Дарданеллы, он, — говорят нам, — проскакал, как впоследствии Пизарро во Америке, через всю Малую Азию и Сирию и Египет, все завоевывая превосходством своего, вероятно, железного или еще медного оружия и невиданными еще в этих странах верховыми лошадьми. Он основал в устьях Нила Александрию, но не остался в ней, а пошел в Месопотамию и в Персию, дошел, — говорят нам, — до реки Сыр-Дарья близ Аральского моря и женился там на дочери местного царя Роксане. Возвратившись в Румынию, он ввел и на своей родине восточные обряды, чем, будто бы, вызвал неудовольствие населения. Потом, в 327 году до начала нашей эры, он, будто бы, пошел в Индию, но должен был вернуться оттуда из-за неудовольствия своих солдат таким отдаленным походом по пустыням Белуджистана. Он умер — говорят нам — в «Вавилоне» в июне 323 г. и тоже до «Рождества Христова».

Но мы вычислила уже, что «Рождество Христово» приходилось около 333 года нашей европейской гражданско-календарной эры, и отсюда выходит, что Александр Великий, царствовавший 12 лет, властвовал над всей Эллино-сирийско-египетской империей, т. е. над тем, что мы называем Восточной Романской империей, с 5 года до начала нашей гражданской эры, по 7 год после нее, а потому приходим к предположению, что наша гражданская эра есть, может быть, эра Александрийская, идущая от основания этого города (ab Urbe condita).

Это и была бы древнейшая хронологическая дата «Романской (Римской) истории», если мы не захотим отожествлять Александра Македонского с Александром Севером.

Египетские Птолемеи с этой точки зрения перемещаются в I, II и III века нашей эры, а все египетские династии до них оказываются многократными переносками с тех же самых романских наследников богопризванного Диоклетиана при вариациях их прозвищ и деятельности. Ведь даже знаменитые египетские пирамиды имеют себе псевдо-классических аналогов (рис. 62) в Европе.


Рис. 62. Так называемой гробницы Кая Цестия (Cajo Cestio) на Остийской дороге около старинных ворот (Porta Fregimina) в итальянском Риме, называемых в народе воротами Св. Павла.


Рис. 63. Так называемые «гробницы фараонов» в Египте. По единству их стиля с гробницей Кая Цестия можно ли заключить и о единстве эпохи и погребального ритуала?

назад начало вперед


Hosted by uCoz